Продолжение. Начало в №№ 43-46

ОН КОМАНДОВАЛ ИМПЕРАТОРОМ

Как часто, останавливая взгляд на чьём-то портрете в Третьяковской или иной галерее, в альбоме известных художников, читаешь подписи «Неизвестная в тунике», «Неизвестный гусар». Таким неизвестным долгое время оставался портрет военного, созданный в 1834 году и хранящийся ныне в Русском музее. Автор его — Василий Голике, один из создателей знаменитой военной галереи Зимнего дворца. «Портрет неизвестного генерала» был «расшифрован» не столь давно петербургским исследователем Владимиром Старком, знатоком воинской формы и наград прошлого времени. И Русский музей обладает «Портретом Есипова», полковника лейб-гвардии Преображенского полка, родившегося под Ржевом в октябре 1797 года.

Ржевский род Есиповых населял усадьбы в районе Итомли (с одним из поместий связан, наверное, и полустанок Есиповых в тех краях, так же, как Панино, Лацердовка). По мужской линии здесь много офицеров, известны и участники кампании 1812 года. Петр Есипов создал своё имение по другую сторону Волги, в нескольких километрах от Ржева и явно выделялся среди родни богатством. В 18 лет он попадает в привилегированный лейб-гвардейский Преображенский полк, стоявший в Петербурге и лишь иногда участвующий в военных баталиях. И долгие годы службы нашего героя — блестящая жизнь столичного гвардейца, недоступная для большинства офицерства, тянувшего унылую лямку в провинции.

Война встретила Петра Петровича в 1828 году. Противник России — Турция, на двух фронтах, Кавказском и Дунаевском. Летом гвардейские полки форсировали Дунай, перевалили через Балканы, вынудили сдаться турецкий гарнизон в Варне. В память о заслугах русских войск в выигранной войне ограда Спас-Преображенского собора всей гвардии в Петербурге (в XVIII веке — церкви преображенского полка) была оформлена орудиями, захваченными у неприятеля на Балканах. Вернувшийся в Россию Петр Есипов награждён как участник войны серебряной медалью на георгиевской ленте, чином полковника и командованием батальоном.

Положение батальонного командира Николая I открывало дорогу в «большой свет». Петр Петрович был постоянным посетителем так называемых «маленьких вечеров» Аничкова дворца. Приглашался он сюда по назначению самой императрицы. Был Петр Петрович в 30-е годы «красавец мужчина во всей силе слова. Он слыл тогда по Петербургу под названием En beau (прекрасный) Есипов… Считался в числе кавалеров императрицы». Как раз в те годы Александр Пушкин пожалован в камер-юнкеры, весьма невысокий придворный чин, так как, записал поэт в дневнике, «двору хотелось, чтобы Наталья Николаевна танцевала в Аничкове». Так что наш земляк не раз встречал здесь великого поэта и вальсировал с известной его супругой.

Вытянутый белый зал Аничкового дворца со строгими колоннами, с лепниной и зеркалами в проёмах много раз видел полковника, ведущего в танце блестящих дам. А сам выглядел, судя по портрету, импозантно, со взбитым коком, усами и даже знаменитым застывшим взглядом — «под императора». Лицо холёное, с печатью довольства и благополучия.

Петра Есипова в воспоминаниях называют его сослуживцы «порядочным человеком», «противником телесных наказаний», «отличным штаб-офицером по службе». Продвижения по гвардии, однако, не последовало. В 1839-й год Есипов вступает в чине генерал-майора, бригадным командиром пехотной дивизии. А выйдя в отставку, Петр Петрович едет в имение под Ржевом, известное многим и ныне Знаменское у Волги, по дороге на Сишку. С ним жена Ольга Петровна, моложе супруга на 27 лет, из небогатого рода Секретаревых. Но средства в семье, по-видимому, немалые, если выстроен огромный дом, а на ближнем погосте поставлена каменная церковь в память святых Бориса и Глеба.

Барский особняк с анфиладами комнат и залой не раз встречал гостей из города и соседних поместий. Балы, свечи, прогулки над Волгой. И воспоминания о гвардейской ушедшей жизни, разводах, караулах и маневрах, почившем императоре, который являлся на смотры и парады в преображенской форме, императрице, выступающей в полонезе вместе с высоким гвардейским полковником; наверное, и о чьих-то взглядах, тянувшихся навстречу… Впрочем, хозяева Знаменского много времени проводили в столицах, особенно в Москве.

На Борисоглебском погосте находилось фамильное погребение Есиповых. Здесь Петр Петрович схоронил родителей, в 1876 году упокоился и сам. На этой земле, перенесшей в нашем столетии варварство и земляков, и пришельцев из «цивилизованной» Европы, не сохранились былые могилы. Прекрасный дом почти уничтожен снарядами. То же произошло и с каменным храмом. Проезжая к Сишке, задерживаешь взгляд на высокой стене с пустыми окнами… Печальные следы бывшего погоста. Портрет, хранящийся в Русском музее. Неторопливо несёт свои воды Волга…

От Бахмутово старинный тракт пылит полями, далеко слева оставляя круто изгибающуюся Волгу, многочисленные деревни, поместья и кладбища. Видны кресты церквей погостов Сковоротыня и Подборовье (с двух волжских сторон), благо стоят они на высоких холмах. У Сковоротыни (в просторечии — Сковороды) впадает в Волгу речушка Туд, довольно полноводная в конце ХIХ столетия.

Селения на противоположном берегу Волги связаны с нашим трактом переправами (паромами и лодками). С их помощью идёт торговля, народ стекается на ярмарки, церковные праздники.

За рекой видны кресты каменной церкви в селе Ратьково (Раткино) — самой старой в уезде, постройки 1660 года. Легенда связывает происхождение названия с ратными сборами в прежние века. Местность напоминает о страницах истории героических, кровопролитных. Сохранилось её название — Шуйщина; историки говорят об участии местных Шуйских в событиях при Иоанне Грозном (ещё в начале ХХ века в Ржеве и уезде жили крестьяне с этой княжеской фамилией). Здесь прошли польские банды Лисовского в Смуту при Лжедмитриях, и в переписных книгах через 20 лет говорится о пустошах на месте старинных селений, одиноких уцелевших жителях…

А местность уводит и в совсем седую древность. В XIII-XIV веках по Волге шли пограничные крепости, русские и литовские, означающие раздел с Литовским княжеством. Погост Сковоротыня стоит на высокой крутой горе над Волгою. Историк ХIХ века В. Успенский определяет здесь место литовского городка-укрепления Туд.

К «городку» на земле села Сытьково приближаемся мы по тракту. А пока вокруг густые леса, переходящие слева у Волги в огромный сосновый бор, именуемый Титовым. Площадь его с тысячу гектаров, и тянется он по левому берегу не менее пяти километров. Места напоминают о лихих парнях с кистенями. И в ХIХ веке, его конце, по ночам мало кто рискнет пройти-проехать по здешним лесам. «Бойкое место» — назвал знаменитую пьесу драматург А. Островский, с литературной экспедицией проезжавший в Ржев по нашему тракту и начавший описание Ржевщины и Сытькова.

СЫТЬКОВО

Местоположение старинного села, известного по меньшей мере с ХVI века, очень красиво. Не доезжая до него, между деревнями Радюкино и Бочарово, поднимаемся на высокий холм. Вдали, за десятки километров, вырисовываются «копны» Ильигор, с одноименным селением и церковным шпилем. Как на ладони, деревни по обе стороны Волги. Названия многих из них говорят об исконных занятиях местных жителей: Бочарово, Хомутово… Впрочем, Овцыно — явно память о помещике; стольник из старинного дворянского рода Овцын известен по нашим краям в ХVI веке.

Село Сытьково раскинулось по берегу Волги. Местные жители проведут нас к месту, называемому «городище» или «на городке». Здесь хорошо просматриваются следы подсыпки и укреплений со стороны реки. В давние времена холм, омываемый Волгой и впадающей в лес Итомлей, был островом и, предположительно, имел опорную крепость ржевичей для борьбы всё с тем же беспокойным соседом — Литвой.

Сытьково — из тех довольно богатых сёл, что на бойких торговых путях теряли крестьянское значение. При домиках были, конечно, небольшие усадьбы; но земледелием, скотоводством к концу ХIХ века здесь не занимались. Местная знать — это купцы или торговцы, продолжавшие числиться крестьянами, местные промышленники — владельцы кирпичного заводика Исаевы, бараночники Чижовы. В центре села — администрация волости (называвшейся Гриминской), почтово-телеграфное отделение, постоялый двор. И даже вывеска «Ресторан».

В селе останавливались и часто ночевали путники по дороге из Ржева на Ельцы, Молодой Туд, Осташков. В летнее время было полно паломников в церковь села Оковцы и Нилову пустынь на Селигере. Икона Оковецкой Божией Матери, которую возили по храмам губернии, собирала в Сытьково множество народу, и конечно, оживление вносили частые ярмарки.

«В Сытьково содержатель постоялого двора, толстый мужик с огромной седой бородой; с глазами колдуна, не пустил нас: у него гуляли офицеры с его дочерьми, которых пять… Соснули в бедной деревне Бочарово» (из дневника А. Островского 1856 года). Офицеры — скорее всего, уланы полка, квартировавшего в Ржеве свыше ста лет.

На волжском берегу красуется собор Пресвятой Богородицы. Метрические книги храма дают сведения о составе его прихожан, числе рождений и смертей в конце XIX века. Встречаются записи с фамилиями, хорошо знакомыми по событиям ржевской истории. Среди них — полковники, участники Отечественной войны 1812 года, статские советники, уездные предводители (и крупные землевладельцы).

А более поздняя запись 1895 года говорит о крещении ребёнка в семье крестьянина Василия Долгополова, где восприемница (кума) — его сестра Евдокия Тимофеевна. Она выйдет вскоре замуж за ржевского купца Ивана Болоболина. В дом, где они будут жить в 1918 году (Спасская площадь), приедет племянница Анна, познакомится и станет женой военкома Василия Грацинского…

Ржевское уездное земство создало в Сытьково больницу. В 1885 году в уезде врачей трое, а фельдшеров — десять (больных в том же году насчитано 23750 человек). В начале века в Сытьково появится свой врач (известный в Ржеве Владимир Прозоров), будет налажена акушерская помощь. В 1900 году земство открывает в уезде 14 библиотек, в Сытьково — одна из первых. Зачатки нового века…

Ко временам Великой Отечественной войны село стало культурным центром своей округи. Здесь имелись средняя школа, родильный дом, зубная и ветеринарная лечебницы, телефонная станция, магазины и пожарная часть с каланчой. Многое смела война, сменились деревянные постройки. Старинное село, уцелевшее, в отличие от большинства, в лихолетье былых времен, хранит свою красоту и историю.

Продолжение следует

(Публикация подготовлена по архивам «РН» 1997 г.)