Архивы Рубрики: Гость второй страницы

Наталья Владимировна Бегларян, заведующая офтальмологическим отделением ЦРБ, врач-офтальмолог высшей квалификационной категории: «ПРОФИЛАКТИКА – ОСНОВА ЗОРКОСТИ»

— Наталья Владимировна, о работе вашего отделения лично я слышала только самые положительные отзывы. Расскажите, пожалуйста, о нем.

— Офтальмологическая служба в нашем городе существует очень давно, я даже затрудняюсь сказать, насколько. Как и в целом по области, она всегда находилась и находится на достаточно высоком уровне. В разное время в отделении трудились высококлассные специалисты. Изменения, которые в последние годы происходят в российской медицине, конечно, коснулись и нас. Произошли сокращения койко-мест и персонала, объединение глазного и ЛОР-отделения. Но я считаю, что в существующих реалиях мы смогли создать необходимые условия для оказания квалифицированной помощи нашим пациентам. Вот уже два года вместе со мной трудится молодой врач Элеонора Юрьевна Локашева. Она грамотный специалист, с большим желанием работать, и успела уже очень хорошо зарекомендовать себя. А в поликлинике работает высококвалифицированный офтальмолог Ирина Владимировна Соболева. Я считаю, что этого, конечно, недостаточно. Также в отделении работают шесть квалифицированных медицинских сестер, все они нацелены на качественное оказание помощи нашим пациентам.

Отделение рассчитано на девятнадцать коек, двенадцать из них круглосуточных, а семь — дневного пребывания. Пятнадцать коек относятся к ЛОР-отделению. Круглосуточные койки предназначены для пациентов с показаниями по заболеваниям и возрастных пациентов, которые не могут по состоянию здоровья посещать дневной стационар. Загруженность отделения полная. Как и у всех, у нас есть план, который мы всегда выполняем, а иногда и перевыполняем. Отделение является межрайонным, здесь лечатся пациенты из Ржева, Зубцова, Нелидово, Оленино и других районов.

— Наталья Владимировна, офтальмология шагнула далеко вперед. Высокотехнологичные операции по коррекции и даже восстановлению зрения в частных столичных клиниках доступны практически каждому, у кого есть возможность их оплатить. Как человеку понять, нужна ли ему такая операция?

— В советское время в офтальмологии существовало такое понятие, как профилактика. Сейчас об этом снова вспомнили. Я считаю, что обязательно должна существовать профилактическая схема, предусматривающая обязательные осмотры в определенные возрастные периоды. Проверять нужно, конечно, не только зрение. Профилактические осмотры стоит проходить хотя бы по минимуму, в рамках диспансеризации. Заболевание, в том числе и глазное, можно выявить на ранней стадии, и зачастую избежать кардинальных методов лечения. Звучит как прописная истина, но ведь так оно и есть.

— Ну, если говорить про глаза. Например, у человека нет никаких жалоб на зрение, и ему кажется, что оно в порядке. Все равно нужно посещать офтальмолога?

— К сорока годам в организме каждого из нас неизбежно проявляются возрастные изменения, и глаза не являются исключением. Причем, у кого-то эти изменения могут наступить раньше, у кого-то позже. Это зависит от индивидуальных особенностей и образа жизни. Может быть, только процентов десять людей к пятидесяти годам не пользуются очками и не имеют жалоб на зрение.

— На личном опыте убедилась, что идеальное зрение вдруг неожиданно подвело, и пришлось заказать очки. А как надела очки, то стало казаться, что зрение стало стремительно падать. Может быть, нужно стараться не прибегать к ним как можно дольше?

— Я уже сказала, что очень большую роль играют индивидуальные особенности человека. Как с ростом — есть люди высокого, низкого и среднего роста. Так и со зрением. У некоторых хорошее зрение с рождения, а у кого-то похуже. С этим приходится мириться. Но глазная мышца со временем обязательно ослабевает. И тут приходят на помощь очки. В свое время мы выезжали в сельскую местность на обязательную диспансеризацию. В осмотр входило измерение глазного давления после сорока лет. И когда мы приезжали через несколько лет на новый осмотр, приходилось слышать комические жалобы — «Вот вы мне в прошлый раз измерили давление, а я теперь стал хуже видеть!» Так и с очками. Просто пришло время их надеть. Грамотно подобранные специалистом очки никоим образом не могут ухудшать зрение. Их задача — помочь лучше видеть. При этом каждые пять лет появляется необходимость подбирать новые очки. Ведь глаза стареют. Это, как морщинка на лице, с годами она становится только глубже и заметнее.

— Вернемся к высокотехнологичным операциям. Офтальмология стала одной из наиболее быстроразвивающихся сфер медицины. Сделан огромный прорыв, появились методы, способные вернуть зрение даже, казалось бы, в безнадежных случаях.

— Да, все так. Плюс появилась возможность получать доступную информацию по высокотехнологичным методам в Интернете или по телевидению. Но руководствоваться надо не рекламными предложениями, а мнением специалиста после соответствующего обследования.

— А в нашем офтальмологическом отделении есть необходимое оборудование для качественного обследования?

— Да, у нас есть современное оборудование. Наверное, мы все же немного отстаем в оснащении от областной клинической больницы, но это естественно.

— Наталья Владимировна, раз уж мы заговорили о профилактике. Мы все помним рекомендации из детства — есть чернику и морковку, больше бывать на свежем воздухе, делать гимнастику для глаз. Все это еще актуально в наши дни?

— Актуально. Время показало, что все эти профилактические меры действенны и безопасны. Тем более что правильное питание и здоровый образ жизни важны не только для глаз, но и для всего организма.

— Но нам постоянно говорили, что если долго смотреть телевизор, то можно потерять зрение. Теперь мы часами просиживаем перед компьютерами и смартфонами, и все-таки еще видим. Может быть, наши глаза как-то адаптируются, приспосабливаются под новые нагрузки?

— Нет. Глаза наши ни к чему не приспосабливаются. Зрение даже у совсем маленьких детей стало значительно хуже. И это мировая тенденция. Мне приходится сталкиваться с последствиями того, что девятимесячного ребенка кормят, ставя перед ним планшет с мультфильмами. А пятилетние дети по три часа сидят в телефоне. Пытаться объяснить родителям, что это недопустимо, очень сложно. Приходится принимать реальность такой, какая она есть. Но здесь огромную роль играют заложенные индивидуальные особенности, наследственность. Для одного ребенка и многочасовые сидения перед монитором не способны быстро испортить зрение, а для другого гораздо меньшие нагрузки губительны для глаз, особенно в начальной школе.

— Что же делать? Как сохранить зрение? Каковы Ваши самые главные рекомендации?

— Как я уже сказала, профилактика: хорошо знакомые нам с детства рекомендации снова актуальны. Основу для сохранения зрения дают динамические наблюдения. Очень хорошо, что вернулись ежегодные осмотры детей офтальмологом. Хотя их осматривать гораздо сложнее, чем взрослых, но делать это необходимо! Считается, что телевизор надо разрешать смотреть с двух лет. Двадцать минут хорошего доброго мультика вместе с родителями способны вызывать положительные эмоции, дать толчок в развитии. С каждым годом время просмотра можно увеличивать на пятнадцать-двадцать минут. В школе дополнительная, внеурочная нагрузка на глаза должна быть не более часа в день. Московские врачи рекомендуют давать глазам отдыхать ровно столько, сколько они были нагружены. Обязательно нужно заниматься спортом, если позволяет здоровье, физкультурой, как можно больше бывать на свежем воздухе.

Нельзя забывать и про упражнения для глаз. Например, хорошо знакомое старшему поколению упражнение с меткой на стекле способно снять нагрузку с уставших глаз. Для его выполнения на окне нужно наклеить или нарисовать небольшую метку на уровне глаз и поочередно в течение секунды смотреть то на нее, то вдаль. Делать это нужно как минимум минуту. В идеале, усталым детским глазам такая гимнастика необходима после каждого часа нагрузки.

— Раз уж мы заговорили о детях. Начались занятия в школе, а значит, увеличилась и опасность травматизма. Как вести себя в такой ситуации? Чем можно помочь?

— Только транспортировкой в отделение офтальмологии. У нас есть круглосуточная помощь. Всегда на месте квалифицированная и опытная медсестра, которая способна оценить степень опасности травмы, принять решение о вызове врача и оказать первую помощь. К нам привозят детей достаточно часто, и мы готовы действовать в экстренных ситуациях.

— Но вы же работаете с детьми не только в экстренных ситуациях?

— Конечно нет. Моя коллега Элеонора Локашева ведет прием в детской поликлинике. Медицинские сестры проводят осмотры детей в школах. У нас в городе есть детсад для детей с нарушениями зрения. Как раз сегодня я иду туда осмотреть детишек. Но осмотра на месте, конечно, недостаточно, и их приводят к нам в отделение для расширенного осмотра. Некоторые родители везут своих детей сразу в Тверь, но потом чаще всего приходят к выводу, что необходимости в этом нет, и в Ржеве их осматривают точно так же. Я считаю, что в Тверь стоит ехать только в очень серьезных, неординарных случаях. Я сама могу это посоветовать или направить туда ребенка, если это действительно необходимо.

— Но когда подбираешь очки в Твери, например, в «Оптике» у моста, то кажется, что там очень современное и «крутое» оборудование.

— У нас оно тоже есть. Это рефрактометр, он используется для определения количества диоптрий в глазу. Но знаете, на результаты компьютерного обследования полностью полагаться все равно нельзя. До сих пор существуют старые, испытанные методы. В комплексе оба эти исследования дают самый достоверный результат. Особенно это важно при обследовании детей, которые могут искусственно напрягать глаза. Никогда нельзя лишь на основании распечатанного машиной «чека» ставить диагноз и выписывать очки.

— Вы заканчивали Тверской медицинский университет? Как выбрали профессию офтальмолога?

— Да, я училась в Твери. А вот офтальмологию выбрала, можно сказать, случайно. Глазным врачом быть не хотела. Послушалась совета, а потом неожиданно влюбилась в эту специализацию. Офтальмология — это очень увлекательно! Я часто показываю приходящим на практику студентам глаз под микроскопом. Знаете, какое это потрясающе красивое зрелище!

— Общаетесь со своими коллегами из других городов?

— Конечно! У нас проходят семинары, мы стараемся выезжать на учебу в Тверь, Москву, Санкт-Петербург, обмениваемся опытом, изучаем новые методы.

— Российская офтальмологическая школа по-прежнему занимает в мире лидирующие позиции?

— Да, мы продолжаем держать планку. Об этом можно судить как раз по тем высокотехнологичным операциям, которые проводятся в ведущих столичных клиниках.

— А Вы имеете возможность посылать пациентов в такие клиники в случае необходимости?

— Мы отправляем наших пациентов в Тверь. А там уже решается вопрос о необходимости дальнейшего лечения в Москве или Санкт-Петербурге. Если такая рекомендация нам дается, то мы оформляем туда наших больных по квоте. Могу сказать, что в серьезных случаях такая возможность есть практически у каждого пациента.

— А какие операции проводятся в отделении?

— Несложные, которые можно выполнить амбулаторно. Это операции на веках, оперативное лечение травм, удаление инородных тел. Конечно, хотелось бы, чтобы наши возможности были несколько шире. Но для более серьезных операций, как я уже сказала, всех наших пациентов мы можем отправить в Тверь.

— Спасибо за интервью и Ваш нелегкий труд! Позвольте заранее поздравить Вас с профессиональным праздником, который врачи-офтальмологи отмечают 11 ноября.

Беседовала Ольга ДАБУЛЬ

Евгений Вениаминович БЕЛЯКОВ, наладчик сварочного оборудования АО «Элтра-Термо», Заслуженный машиностроитель РФ: «ТЕРПЕНИЕ И ТРУД ВСЁ ПЕРЕТРУТ»

— Евгений Вениаминович, совсем недавно Вам, ржевитянину и двум рабочим Тверского вагоностроительного завода, присвоено звание «Заслуженный машиностроитель Российской Федерации». Поздравляем Вас с высокой наградой. Это почетно и для предприятия, и для города.

— Спасибо. Я хотел бы поблагодарить коллектив за выдвижение меня на эту награду. Осознание, что получил ее, все еще не приходит. Для меня это значит встать вровень с заслуженными энергетиками, врачами, артистами России. В первую очередь, воспринимаю свое звание как награду за терпение и труд.

— Кем Вы мечтали стать в детстве и юности?

— Военным. Даже поступал в Суворовское училище. Но мы предполагаем, а обстоятельства располагают.

— Вы живете и работаете в Ржеве, это Ваши родные места?

— Место моего рождения — Ленинград, но судьба сложилась так, что рос и воспитывался я в Тверской области, в Зубцовском детском доме. Директором тогда была Зоя Петровна Ефремова. Воспитатель Марья Михайловна стала мне второй мамой. Благодаря ей и ее мужу, впоследствии директору детдома Виктору Васильевичу Громову, я и еще много ребят-детдомовцев выбились в люди, стали профессионалами своего дела и просто достойными людьми. Учился я хорошо, школу окончил без троек. На всю жизнь запомнил, как в 1982 году Виктор Васильевич на своем «Москвиче» повез меня поступать в Ржевский машиностроительный техникум. Я очень уважал этого человека, не сомневался, что он хочет мне добра, поэтому согласился с его решением. Через Волгу на другой берег Ржева мы переправлялись на пароме, нового моста тогда еще не было.

Три с половиной года учился на техника-электромеханика. Над техникумом шефствовал тогда Ржевский завод автотракторного оборудования (АТЭ-3). И на предприятии, где тружусь сейчас, я впервые побывал на первом курсе. Нам показали производство, сводили в музей. Я был очень впечатлен масштабами завода, шумной, искрящейся в прямом смысле слова рабочей атмосферой.

В те годы в нашем Ржевском техникуме даже студенты из Тольятти учились. За годы учебы мне посчастливилось побывать на практике в Миассе на машиностроительном заводе, где собирали «Уралы». Везде опытные рабочие принимали нас, студентов, хорошо. Объясняли, помогали. Они тогда видели в нас себя — молодых специалистов, так и я сейчас отношусь к молодым.

— Считается, что студенческие годы — самые счастливые?

— Не оспариваю. Эти годы вспоминаются всю жизнь. Есть в них что-то особенное.

— А после учебы…

— Немного поработал на АТЭ-3, потом ушел в армию. Долг Родине нужно было отдать обязательно. Служил в Ярославле, специальность — «радиотелеграфист». Вернулся весной 1988 года. С работой были варианты, можно было пойти в милицию, в пожарную службу, на завод «Электромеханика», но я пришел на АТЭ-3. От работы дали общежитие на улице Мира. До осени работал наладчиком автоматов намотки якоря. Потом уехал в Тольятти на курсы наладчиков сварочного оборудования. Месяцы, проведенные в учебном корпусе завода ВАЗ, мне очень многое дали, я научился работать на сложном оборудовании. Учиться было непросто, к окончанию восьми месяцев отсеялась половина слушателей курсов. Но мне справляться с трудностями было интересно. Терпение и настойчивость преодолеют все препятствия — это правда. Проверено на собственном опыте.

Признаюсь, предлагали остаться в Тольятти, но у меня сомнений не было — еду домой. На предприятие вернулся с шестым, самым высоким разрядом. К работе приступил по пятому, так как у нас не было такого, как в Тольятти, оборудования.

— Вам тогда еще не было и двадцати пяти лет…

— Двадцать три года. Затем заочно поступил в Московский государственный открытый университет на специальность «инженер-электрик», работал инженером по сварке в отделе главного технолога.

— С 20-х годов прошлого столетия Россия была в пятерке ведущих машиностроительных держав, к концу 30-х годов даже вышла на второе место, потеснив саму Германию. События, которые вершились в стране в 90-е годы, сказались на машиностроении крайне отрицательно.

— Ржев был городом машиностроителей, сейчас, к сожалению, провал. Он везде по России, но от этого не легче. Когда я только пришел на АТЭ-3, там было тысячи четыре рабочих, которые трудились в две смены. Потом число сократилось в несколько раз, но и в сложные времена на предприятии оставались специалисты. Которые, как я, никуда не ушли.

Благодаря нашему руководству, конструкторам производство не остановилось. В кризисные времена завод удавалось даже модернизировать.

— В октябре 2008 года АО «Элтра-Термо» и АО «Лихославльский радиаторный завод» преобразованы в производственную компанию «Прамотроник»…

— Да. Сфера деятельности сосредоточена на разработке, производстве, продаже и сервисном обслуживании современных климатических систем, систем независимого подогрева и охлаждения двигателей транспортных средств для коммерческого транспорта, автобусов, спецтехники. Увеличивается спрос, наши теплообменники поставляются за рубеж. Их производство увеличилось в разы. У нас серьезные потребители: КамАЗ, а также Минский автомобильный завод — МАЗ.

— Как бы ни складывалась ситуация на заводе, Вы сказали, что с производства не ушли. Почему?

— Не знаю… Принцип жизни такой, не разменивать одно на другое. Мое искреннее убеждение, как бы ни было сейчас — спустя время все будет хорошо.

— В конце обязательно будет хорошо, если сейчас не хорошо, значит, еще не конец.

— Как-то так. Жизнь — чередование белой и черной полос. Когда черная — нельзя отчаиваться, важно помнить, что белая полоса обязательно наступит.

А еще я уверен, что рядом с плохим человеком не будет хороших людей. В 90-е годы я вынужден был уйти в производство, стал наладчиком сварочного оборудования сварки подогревателя. На этой должности и работаю.

— В чем заключается работа со сварочным оборудованием?

— Прежде чем к работе приступит сварщик, я проверяю режимы сварки, чтобы процесс проходил согласно технологиям. Это возможно, только если сам умеешь варить, иначе никак. Мы работаем с несколькими видами сварки: контактная (точечная, рельефная, шовная), электро-дуговая (полуавтоматическая, автоматическая, ручная), ультразвуковая.

— Профессия «сварщик» по-своему опасна, серьезная нагрузка ложится на глаза.

— Особенно при электродуговой. За последние годы степень защиты сварщика возросла, технологии на месте не стоят. Сварочные маски «хамелеон» с автоматическими светофильтрами неплохо защищают глаза.

— Евгений Вениаминович, молодежь на предприятии работает? У Вас наверняка были ученики…

— И молодежь есть, и ученики были. Кто-то ищет себя, кто-то — высокий заработок, кто-то уходит, а кто-то продолжает работать. У нас есть молодые технологи, конструкторы — это, несомненно, вселяет оптимизм. Им предстоит учиться, нарабатывать опыт, но хорошо, что молодежь возвращается в рабочие специальности.

— Избегает наша современная молодежь работать руками…

— Не соглашусь. Они выросли в эпоху компьютеров, в отличие от нас, для кого развлечением были книги и прогулки. Сейчас интересы молодых меняются, они снова начинают гулять на улице.

— Вы сказали, что даже в сложные времена на заводе оставались специалисты…

— Бок о бок, рука об руку много лет работаю с Андреем Шитиковым, Владимиром Громовым, Владимиром Барановым, Валерием Афанасьевым. Особо хочу отметить Аллу Михайлову, Ирину Тихомирову, Романа Константиновича Короткова.

Когда работа — второй дом, легче переживаются любые трудности. Дружный, сплоченный коллектив, где друг друга понимают и поддерживают — все это помогает в жизни.

— И, конечно, семья…

— Это главное. В 1996 году произошли два важных события в моей жизни: я окончил вуз и женился. С супругой познакомились в общежитии. Двадцать два года вместе, семнадцать из них вместе работаем. Наталья — слесарь-сборщик, отличная хозяйка, моя любимая женщина и верный друг. Наша дочь Татьяна — студентка третьего курса Санкт-Петербургского строительно-архитектурного университета. Она выпускница художественной школы. Мы гордимся ею.

— А она — вами.

— Танюша — молодец, старательно учится, обращается за советами — это очень ценно для родителей.

Когда мы с Наташей поженились, нам от предприятия дали еще одну комнату. Через несколько лет общежитие перешло к городу, комнаты можно было приватизировать. Что мы и сделали. На часть суммы от продажи купили полдома. Кто понимает в строительстве, знает, какие заботы у хозяев со шлакозаливным домом.

У нас теплые семейные отношения с двоюродной сестрой Татьяной и племянницей Катей, которые живут в северной столице, с тещей и тестем, с братом жены Сергеем, он и мне стал братом. Очень уважаю своих родственников, благодарен им за поддержку и помощь. Евгений Александрович работал токарем в колхозе имени Ленина. Золотые руки у тестя, к нему со всей округи обращались за помощью. Нина Павловна — бухгалтер и моя крестная. Мне повезло со старшими друзьями — семьей Громовых, они мне словно родители. Виктор Васильевич мой крестный. Мы дружим уже более тридцати лет. Пока Виктор Васильевич был директором детского дома, он каждые пять лет организовывал вечера-встречи выпускников, на которые приезжали бывшие воспитанники.

— С друзьями детства, юности общаетесь?

— Конечно, перезваниваемся, по возможности видимся с одноклассниками: Татьяной Марковой, Ириной Кузнецовой, Виталием Александровым. Переехав в свой дом, нашли новых друзей: Светлану Щербакову, Светлану и Игоря Гороховых — замечательные люди.

— Евгений Вениаминович, о чем Вы мечтаете?

— …Если говорить о рабочих мечтах, чтобы у нас была лучшая в мире продукция, лучше германской, наших главных конкурентов. Чтобы в своих разработках мы пошли дальше, делали не просто копии, они всегда хуже оригинала, а что-то свое, новое.

— А вне профессии?

— … Чтобы у дочери все сложилось и дом достроить.

— Какие даты в вашей семье знаменательные?

— День свадьбы. И когда наша команда в 2008 году обыграла Голландию в футбольном матче (улыбается). Всей улицей болели. Да, я футболом с детства увлекался. Давно не играю, но болею с большим удовольствием. Чемпионат Мира в этом году большой дружной компанией смотрели, радовались за нашу сборную.

— Пожелания молодежи скажете?

— Важно, чтобы у всех был достойный заработок. Тогда есть стимул хорошо работать и также отдыхать.

Наша задача — сохранить машиностроение, чтобы отрасль развивалась. А для этого необходимо постоянно идти вперед. Чтобы на продукцию был спрос, она должна быть высокого качества, надежной в эксплуатации, а это зависит и от нас, опытных, и молодых специалистов.

Беседовала Ольга ЖДАНОВА

Жанна Терентьевна ТАБОЛИНА, учитель начальных классов средней школы № 4: «МОЯ ОСНОВНАЯ ЗАДАЧА – НАУЧИТЬ РЕБЕНКА УЧИТЬСЯ»

— Жанна Терентьевна, Вы — первый учитель для многих ребятишек. А помните ли сами свою первую учительницу?

— Конечно, я помню всех своих учителей третьей школы. Первая учительница Александра Степановна Степанова. Роза Васильевна Виноградова — мой классный руководитель с четвертого класса и до выпуска из школы. Она для меня — идеал учителя: добрая, энергичная, веселая, мудрая. Не просто учитель, а друг.

— Какой Вы были ученицей?

— В начальной школе тихая, неприметная девочка, а потом стала активисткой, комсоргом класса. У нас был замечательный класс, дружный, веселый. Две мои лучшие школьные подруги: Валентина Иванова (руководитель театра «Цель»), Елена Разумникова (завуч 10-й гимназии) живут и успешно занимаются любимым делом в Ржеве.

— На выбор профессии, наверняка, повлиял и любимый учитель…

— Роза Васильевна и мое детское увлечение игрой в школу. «Учила» кукол, мое педагогическое мастерство испытали на себе сестра и брат (смеется). Я любила возиться с маленькими детьми, поэтому и выбрала преподавание в начальной школе. Мне будто свыше был предложен счастливый билет — учительство, я его взяла и ни разу об этом не пожалела. После окончания Старицкого педагогического училища по распределению посчастливилось вернуться в родной город. 15 августа 1983 года пришла в четвертую школу, с тех пор здесь и работаю. Для меня 2018 год — щедрый на юбилейные даты: и профессиональные — 35 лет стажа, и личные — мой юбилейный день рождения, юбилей совместной жизни с мужем.

— Жанна Терентьевна, знаю, что родители, записывая детей к Вам в класс, идут «на имя»…

— Для меня вся школьная деятельность сконцентрирована на детях. На их успехах и неудачах, любознательности, на их рассуждениях. Детские глаза, их эмоции придают мне сил.

— Сколько у Вас было выпусков?

— Десять. В этом году взяла одиннадцатый.

— Если посчитать приблизительно, то Вы были классной мамой для трехсот ребят…

— Если не больше. Когда начинала работать, классы были большие, по сорок пять человек.

— Вы помните свой первый урок?

— Да. Специально по этому случаю купила красное платье, новые туфли… На меня смотрели сорок пять пар горящих глаз. Конечно, я очень волновалась, даже боялась. Но отношения у нас сложились самые теплые. Спасибо родителям моих первых учеников. Они приняли меня, молодого специалиста, как дочь, и помогали.

В декретном отпуске я пробыла около года. Пришли родители учеников и попросили маму и сестру понянчить старшую дочь, чтобы я смогла раньше выйти на работу.

Обучая других, мы учимся сами — это я поняла на своем опыте. Когда начинала работать, у меня в классе был мальчик, который ходил не так, как все, а как-то боком. Странность, казалось бы. Со стороны можно ошибочно полагать, что это обязательно скажется и на умственных способностях, на общении, но это не всегда так. Каково было мое удивление, когда мальчик на перемене начал читать «Трех мушкетеров», а потом наизусть прочитал мне «Бородино». Тогда я поняла, внешние особенности не всегда совпадают с внутренним содержанием человека. Из этого случая я вынесла урок на всю жизнь.

— Учебный год только начался, а Вы уже дали открытый урок…

— Загорелась новой программой по каллиграфии директора и научного руководителя НОУ «Русская школа» Елены Сувориной (г. Тверь). Программа ещё формируется, и Елена Александровна посещает уроки, чтобы как можно лучше адаптировать ее. Сейчас мы с ребятами апробируем развивающие прописи. Я выступаю в роли режиссера, дети действуют самостоятельно, открывают новые элементы. Они постоянно в деятельности и не отвлекаются. Прописи увлекают и вовлекают в творчество, учат думать, развивают речь. Каждую букву, как в конструкторе, мы разбираем на элементы: «арка», «шарик», «кораблик»… — они понятнее детям, нежели наклонная линия с закруглением внизу, например.

— В первом классе отметки не ставятся…

— Оцениваю словесно, пишу в тетрадях «молодец», «умница».

— Несколько лет назад в образование введены Федеральные государственные образовательные стандарты. Как внедрять их требования — немногие педагоги поняли сразу.

— Я для себя расшифровала ФГОСы через высказывание Конфуция: «Скажи мне — и я забуду, покажи — и я, может быть, запомню, дай мне действовать самостоятельно — и я научусь». Работая по учебной программе «Школа России», беру за основу это правило.

— Какая бы программа ни была, многое зависит от того, как ее преподносит учитель.

— Согласна.

— Жанна Терентьевна, год от года детям учиться становится легче или сложнее?

— Сложнее. Информации вокруг много, дети получают ее достаточно легко и быстро. Но они не привыкли и не умеют применять ее в деятельности, пользоваться ею для получения новых знаний.

Годы перестройки сказались на будущих поколениях. На детях 90-х годов отражалась ситуация в стране, причем, не лучшим образом. Отсутствие основных умений и навыков, того же самостоятельного завязывания шнурков, застегивания пуговиц — такие ребята, за кого это всегда делали мамы, к сожалению, есть, это осложняет адаптацию к школе и процесс обучения.

— Учителям из-за возрастающей отчетности работать не легче…

— Да, завалили бумажной работой… Очень плохо, что в школу не идёт работать молодёжь. Детям нужны деятельные, активные, молодые наставники!

— Родители школьников тоже меняются?

— В лучшую сторону. Мы пережили непростые времена перестройки. Сейчас родители поворачиваются лицом если не к школе, то к образованию и хотят образовывать своего ребенка. Надеюсь, следующий шаг — работа в тандеме со школой.

Учитель всегда постарается помочь родителям, важно идти навстречу друг другу и смотреть в одном направлении. Для постоянного контакта в нашем классе создана группа в Вотсапе. На собраниях говорю родителям, что как классная мама, я должна знать о ребенке все.

— Есть ситуации, когда с учеником начальных классов занимается репетитор…

— К сожалению. Родители должны понимать, что мы не волшебники, а учителя. Я не могу махнуть волшебной палочкой, и ребенок по ее мановению все запомнит. Поможет, если родители прислушиваются к советам педагога. Ребенок не понял тему, затрудняетесь в объяснении сами, переспросите у учителя. Ложное представление некоторых родителей: «Я ребенка в школу отдал — вот и учите. А я буду контролировать». Учить я умею, объясню, как проще, но выучить за кого-то ту же таблицу умножения не в моих силах. Самоустранившись от процесса обучения, сложно получить ожидаемые результаты.

Учеба — это труд, и чтобы получить результат, важна система. Если ее нет — результата не будет. Если кто-то из моих учеников не понимает материал, оставляю после уроков, объясняю.

— Домашние задания первоклашкам задаете? И нужно ли их задавать?

— Мы посоветовались с родителями и решили, что домашние задания нужны. Если не организовать выполнение домашних заданий сейчас, в дальнейшем детям будет сложнее.

— Согласно ФГОС, ученики начальной школы заняты проектной деятельностью, но основная нагрузка в выполнении проекта зачастую ложится на родителей.

— Проект — это действия и деятельность, прежде всего ребёнка. Изготовление открытки, рисунок по определенной теме — тоже можно назвать проектом. Мне как учителю не нужна работа родителя, скачанный с Интернета материал, который ребенок ни прочитать, ни понять не может. К примеру, тема по окружающему миру «Моя малая родина» подразумевает совместную прогулку по городу, ребёнок выберет памятные места Ржева, задача родителя — распечатать фото, даже сфотографировать первоклашка может сам. Фотографии нужно приклеить в рабочую тетрадь. Ее можно сохранить как познавательный альбом.

— Что должен уметь ребенок при поступлении в первый класс?

— Порой, отдавая ребенка в школу, родители дают себе неправильные установки. Они хотят, чтобы его научили читать, считать. Верно, этим я и занимаюсь, но моя главная задача — научить ребенка учиться, самообразовываться. Если в школу придет читающий, знающий цифры ученик — ему будет легче найти нужную страницу, осмыслить задание.

— То есть, учить читать до школы нужно?

— Да. Но учить должен или специалист, или родитель не полениться и заглянуть в методички.

Что касаемо письма, до школы нужно учить не столько писать, сколько развивать руку. К сожалению, ни в городе, ни в области нет центров, где бы могли помочь детям с дисграфией (нарушение письма) и дислексией (нарушение чтения).

Конечно, необходимо социализировать ребенка. Учить обращаться и общаться со взрослыми, сверстниками, старшими ребятами.

Мой самый главный совет родителям: любите своих детей, обязательно им об этом говорите. Не берите на себя роль учителя. Учителя его ждут в школе. Родитель — друг, помощник. Когда мама или папа начинают критиковать, самооценка ребенка падает. Задача родителей — делать все, чтобы развить ребенка.

— На ум приходит восточная мудрость: с рождения до 5 лет с малышом надо обращаться, как с царем, до 12 лет, как с рабом…

— …После, как с другом. Согласна. Этот принцип работает. Надо искать золотую середину в воспитании. Использовать и кнут, и пряник в разумных пределах.

Родители часто эмоционируют, если ребенок что-то делает не так, а ведь каждый из нас, и особенно ребенок, имеет право на ошибку. Взрослые обязаны помнить об этом.

Плохо, когда дети становятся свидетелями двойных стандартов. Это портит подрастающую личность. Маленький человек теряется, не знает, как себя вести, и начинает выказывать протест против всего.

— Жанна Терентьевна, думаю, есть родители, кто сталкивались с нежеланием своего чада делать уроки. Не хочет, и все…

— Проявите терпение, смекалку, творчество и мотивируйте. Советуйтесь с учителем, сотрудничайте. Обязанность делать уроки должна стать одной из потребностей. Первые недели после каникул — адаптационное время для учеников, для родителей и для учителей. Постепенно, при системном подходе, должном спокойствии все войдет в нужное русло.

— Бывает, родители опасаются обращаться к учителю с тем, чтобы выяснить тот или иной вопрос, переживают, что это отразится на ребёнке.

— Настоящий учитель ни в коем случае не допустит такого по отношению к ученику. К рекомендациям, обращениям родителей педагог обязан прислушиваться. Я тоже человек, могу устать, что-то пропустить. И еще одно пожелание родителям: никогда не говорите плохо о своем ребенке.

— Членов родительского комитета своего класса выбрали по желанию?

— Проблем не возникло. Я спросила, кто хочет мне помогать? Помыть класс, выйти на экскурсию, прибить стаканчики к столам, делать уборку в классном помещении… и помощники нашлись тут же. За что им спасибо.

— У Вас две дочери, им довелось быть Вашими ученицами?

— Старшую Юлю учила. И, возможно, была с ней излишне строгой. Одно время хотела, чтобы дочери были учителями, но каждая выбрала свой путь. Я ими горжусь.

— Жанна Терентьевна, с наступающим Вас профессиональным празд-ником! Здоровья, любознательных учеников, родителей-соратников.

— Спасибо. Я от всего сердца поздравляю с Днем учителя своих коллег, желаю хороших учеников, родителей-помощников, интересных будней, чтобы творческий фонтан не иссякал. А это возможно, если есть здоровье.

Беседовала Ольга ЖДАНОВА

Татьяна Васильевна Соловьева, врач-педиатр детской поликлиники ГБУЗ «Ржевская ЦРБ»: «ПЕДИАТР – ЭТО АЛЬТРУИСТ»

— Татьяна Васильевна, начать наш разговор я хотела бы со слов искренней благодарности и признательности за ваш труд, за неравнодушное сердце, за искреннюю любовь к нашим детям. Уверена, что к этим словам присоединятся очень многие ржевитяне. Для нашего города большая удача, что в разное время к нам приезжали такие грамотные, преданные своей профессии люди.

— Спасибо за добрые слова. Я приехала в Ржев в 1989 году сразу после окончания педиатрического факультета Ивановского медицинского института. Сама я из небольшого городка Меленки Владимирской области. Институт закончила с красным дипломом, и нам как отличникам была предоставлена возможность во время распределения выбрать любой город страны. Мы с подругой решили поехать в Тверь, тогда еще Калинин. А главврач Ржевской ЦРБ В. М. Иванов нас уговорил переехать в Ржев. Он так описал маленький, чистенький, уютный город, что мы не смогли устоять. И хотя реальность оказалась несколько иной, моя судьба была решена — я пришла работать участковым педиатром в амбулаторию на «Ральфе». Старожилы, наверное, еще ее помнят. У нас был замечательный коллектив. Люди в поселке жили очень хорошие, работящие, дружные, простые. Фабрика и льнозавод процветали и работали в три смены. Детей было очень много.

— А как вообще состоялся выбор профессии? Почему Вы предпочли такую замечательную, но очень непростую дорогу?

— В роду у меня медиков не было вообще. Но рядом с нашим домом была детская поликлиника. Уютное одноэтажное здание, утопающее в зелени; люди в белых халатах вызывали у меня интерес. Но я никогда не болела и повода обращаться к врачам не было. И вот в девятом классе я заболела ангиной, температура была 390С. Дома случился настоящий переполох. Чистая постель, теплое питье, даже новый кусок мыла в ванной. Мама от меня не отходила. Все это было так необычно и удивительно. А потом ко мне пришла доктор. Красивая, внимательная, добрая женщина в белоснежном халате. И выбор будущей профессии стал очевиден. Я решила поступать только в медицинский. Тогда, как и сейчас, поступить было очень сложно. У меня это получилось лишь со второй попытки. Но свою мечту я исполнила и стала врачом-педиатром.

— Молодому специалисту сложно начинать работать с детьми?

— Честно говоря, об этом думать было некогда. Через месяц после моего приезда в Оленино произошла вспышка гепатита. Заболели оба педиатра, меня отправили в поселок. Для меня это стало сложным испытанием, но одновременно и настоящей школой. На мне, только что окончившей институт, были стационар, детская поликлиника, роддом. В номере гостиницы, куда меня поселили, мне не довелось провести ни одной ночи! Семен Михайлович Кушнир меня, конечно, не бросил и раз в неделю приезжал, консультировал, помогал. За что я ему очень благодарна. По возвращении в Ржев я пошла работать в детскую больницу. И с Геннадием Георгиевичем Качуриным я проработала два с половиной года. Опыт работы в стационаре дал мне многое. Я бралась буквально за все. Коллектив в то время был очень профессиональный — замечательные врачи, ординаторы. Было у кого учиться, перенимать опыт.

— Врач-педиатр должен быть именно таким «широким» специалистом?

— По идее, нет. Участковый педиатр должен быть этаким координатором-регистратором, который на основании жалоб и осмотра должен отправить пациента на анализы, обследования, а по их результатам — к узкому специалисту. Наша главная профессиональная деятельность долж-на быть профилактически-оздоровительной. Но на практике так никогда не было и, наверное, уже и не будет. Узких специалистов у нас не хватает и нам все чаще приходится брать их функции на себя, а этого, в общем-то, быть не должно.

— Но ведь сейчас не хватает и участковых педиатров. Как Вы относитесь к идее замены их фельдшерами?

— Это уже не идея, а реальность. Фельдшеры ходят по вызовам. Мы им помогаем, советуем, направляем. Многие молодые специалисты очень хорошо зарекомендовали себя. Здесь многое решает опыт, желание учиться, совершенствоваться в профессии. Ведь мы тоже в свое время учились у старших. Моим первым наставником была Валентина Дмитриевна Никифорова. Дай Бог ей здоровья, она научила меня многому. Я не стеснялась спрашивать. И, честно говоря, меня очень удивляет самомнение некоторых молодых врачей, еще не имеющих опыта работы, но и не особенно стремящихся его перенимать у своих старших коллег. Все знать невозможно! Как мне когда-то говорил Семен Михайлович Кушнир: «Не уверена — назначь аскорбинку. А потом спроси коллег, открой свои записи, почитай. Родители это правильно поймут!» Чего-то не знать не стыдно, стыдно — это скрывать.

— Врачам приходится учиться и совершенствоваться всю жизнь?

— Всю! Сейчас постоянно появляются новые препараты, за этим надо внимательно следить. Хотя я замечаю, что названия-то у них новые, а состав остается прежним. Фармацевтические компании могут добавить глюкозы, сиропчик со вкусом, а главный действующий препарат тот же. Сказать, что произошел какой-то прорыв в фармакологии, нельзя. Ну, появились новые противовирусные, но ведь их хваленая эффективность достаточно спорна.

А учиться приходится постоянно. Тем более что и родители благодаря Интернету стали очень грамотные. Врач должен им соответствовать (смеется).

— Не секрет, что в последнее время желающих стать детским врачом стало меньше. Конкурс на педиатрические факультеты ниже, чем на стоматологию или лечебный. Как Вы думаете, почему? Работать с детьми сложнее?

— Я бы не сказала. Мне кажется, что люди стали более меркантильны. В выборе профессии многие руководствуются будущими доходами. А педиатрия — не та область медицины, которая может принести большие деньги. Что можно взять с ребенка? В нашей профессии должна присутствовать большая доля альтруизма. К этому готовы далеко не все.

— Что бы Вы могли пожелать или посоветовать своим возможным будущим коллегам, которые все-таки задумываются о том, чтобы сделать выбор в пользу педиатрии?

— А что тут советовать? Если хочется лечить детей, если к этому лежит душа, то не надо думать, нужно идти и поступать, учиться, работать. Видеть, как больной и слабый ребенок твоими стараниями становится здоровым и крепким, это важнее денег. Не все ими измеряется. Счастье за деньги точно не купишь.

Хотя, конечно, очень бы хотелось, чтобы государство заботилось о своих молодых врачах. Врач должен лечить, а не думать о том, где ему найти деньги на жизнь.

Еще одним моментом, который мешает работать, является наша «писанина». Писать приходится очень много. А если еще придется заносить данные и в компьютер? Это двойная работа, а за дверью в очереди на прием иногда сидит по сорок человек.

— Вам не заметно снижение рождаемости?

— Да вот как-то нет. На моем втором участке на сегодняшний день 827 детей. Очень много многодетных семей. Среди них, конечно, есть и малообеспеченные, и такие, где родители ведут асоциальный образ жизни. К ним нужен особый подход — где-то построже поговорить, а где-то и пожалеть. Мне кажется, что органы опеки последнее время к ним излишне строги. Ведь даже благополучные родители по-разному относятся к чистоте и рациону питания. Все мы не без греха. Хотя, конечно, интересы ребенка всегда должны быть на первом месте. Без внимания их оставлять нельзя. Все мои мамочки, например, из общежитий, знают, что я обязательно после праздника приду и проверю, как там мои детишки. Воспринимают это, конечно, по-разному. Бывает, что и нагрубят, и дверь не откроют. И с топором на меня ходили, и ножом угрожали. Всякое было. Хотя меня так просто не запугаешь.

— Выходит, работа участкового педиатра «и опасна, и трудна»?

— Можно сказать и так. Но я уже столько лет работаю, что прекрасно знаю, где есть злая собака, где родитель может проявить агрессию. Молодым в этом смысле сложнее. Но дело даже не в отношении к врачам. Хотя иногда приходится выслушивать очень резкие и несправедливые обвинения.

Меня расстраивает отношение людей друг к другу. Посмотрите, какие скандалы иногда возникают под дверью кабинета! Как можно возмущаться, что ребенка-инвалида я принимаю без очереди? Хорошо, что у тебя родился здоровый малыш. Но ведь нужно понимать и сочувствовать другим людям. Ради нескольких лишних минут в очереди устраивать такие скандалы, обижать и оскорблять друг друга — недопустимо! Тем более что я обязательно приму всех. Даже если рабочий день уже закончился, я буду работать до последнего пациента.

— Вам порой приходится сталкиваться с очень серьезными, даже неизлечимыми заболеваниями. Приходится помогать не только больным детям, но и их родителям. Это тяжело?

— Конечно, принять, что твой ребенок болен, что он не такой, как все, сложно. Но я свою задачу вижу в том, чтобы дать родителям надежду, желание жить. Надо двигаться вперед, лечить, развивать. Все равно будет прогресс и улучшение! Ведь и медицина не стоит на месте. Помогает соцзащита, в городе работает отличный центр реабилитации. Места отчаянию, унынию быть не должно!

— Вы знаете всех детей на своем участке?

— Всех. И детей, и родителей. Столько лет отработала! И их знаю, и про них все знаю. Я люблю с бабульками-соседками разговаривать. Со школьными фельдшерами и медсестрами контакт держу. От меня ничего не скроешь.

Немного расстраивает, что стало как-то меньше любви между родителями и детьми, меньше живого общения. Мама днем на работе, вечером — в компьютере, гаджетах своих. Это неправильно. Нужно больше времени проводить вместе. Главная работа мамы — это ее ребенок! Детский сад, школа — это важно. Но растет и воспитывается ребенок прежде всего в семье. Именно от родителей зависит, насколько он здоров и счастлив.

— Татьяна Васильевна, наступила осень. Впереди — сезон гриппа и простуды. Что бы Вы порекомендовали родителям? Как уберечь детей от болезней?

— В первую очередь — гулять. Это моя главная рекомендация. Ни погода, ни даже болезнь не должны быть причиной отказа от прогулок. Как только нормализовалась температура до 37,50 — одеться по погоде — и на улицу! Гулять, конечно, надо не у пыльных дорог. Рекомендую всем запастись оксалиновой мазью. А после школы нос промывать. Можно капать гриппферон или интерферон. К прививке от гриппа я отношусь спокойно. Скажу, что на 70 процентов они помогают. Но ведь вирусы приходят разные. Так что прививка — не панацея. Стоит помнить и об индивидуальной реакции организма. Современные дети в большинстве своем — аллергики. Спокойно я отношусь и к закаливанию. Это тоже все очень индивидуально. Хорошей прогулки, как мне кажется, вполне достаточно. Можно полоскать горло, постепенно снижая температуру воды. Но опять же надо учитывать индивидуальные особенности ребенка.

— Порой мы не знаем, с какого момента надо прекращать посещение детского сада и школы.

— Если у ребенка только сопли, то за ним можно понаблюдать. Возможно, это аллергия. Сейчас мы часто наблюдаем круглогодичный аллергический ринит. Тут можно покапать капли. Но если ребенок чихает, у него болит голова и уж тем более поднялась температура, то нужно уложить его в постель и вызвать врача.

Выписываться можно слегка недолеченным. Подкашливать придется еще полторы недели, остаточный насморк — тоже не проблема. Самое главное — не заниматься самолечением, не пить антибиотики без назначения врача, соблюдать личную гигиену.

Не болейте и берегите друг друга!

— Спасибо за интервью!

Беседовала Ольга ДАБУЛЬ

Дмитрий Александрович ДОБРЫНИН, председатель Ржевской городской общественной организации по развитию мотоциклетного спорта «Мотоклуб «Ржев-Мотокросс»: «НАМ ДВА ВРАГА ОСОБЕННО ОПАСНЫ: КОВАРНОЕ БЕЗДЕЛЬЕ И ПОКОЙ»

— Одна из последних публикаций о мотоклубе в «РН» была в апреле 2014 года. Прошло более четырех лет. Что изменилось в жизни клуба за это время?

— …Ушел из жизни мой отец, Александр Вилиорович Добрынин. Руководство клуба я взял на себя. Причем, мотоспорт — мое хобби, у меня есть официальная работа. Спасибо ребятам из мотоклуба, поддержали и поддерживают. Раньше обязанности мы с отцом делили пополам, он занимался организацией и документацией, я — подготовкой трассы, мотоциклов и гонщиков. Сейчас совмещаю и то, и другое. А живем мы, как и раньше, тренировками, соревнованиями, надеждами на лучшее. И все это благодаря энтузиазмому каждого из нас. Круглый год сообща, складываясь, ухаживаем за мототрассой у железнодорожного моста через Волгу. К слову, она бесплатная, а сейчас это редкость.

— …И доступ к ней открыт. Летом рядом с трассой много отдыхающих. Неужели обходится без вандализма?

— К сожалению, нет. На мотоциклах, на джипах, особенно после дождя, по ней гоняют. Последствия ложатся на наши плечи. Те же трамплины приходится нарывать заново. Стараемся следить за ее состоянием, чаще приезжать.

— К трассам для мотокроссов, наверняка, есть свои требования.

— Да, ширина не менее 6 метров, протяженность не менее километра двухсот метров, наша трасса стандартам отвечает.

— Ваш отец говорил о том, что ржевский мотокросс зарождался в 1978 году, выходит, в этом году —  серьезный юбилей?

— Да, 40 лет. Изначально клуб размещался в ДОСААФ, потом отец организовал секцию от совхоза-техникума. Сначала она находилась на улице Кривощапова, затем переехали на Партизанскую.

— Сейчас вы занимаете помещение по улице Ленина, 26а…

— Его в 2007 году выделила городская администрация. Сюда мы переехали зимой 2008 года, после того как своими силами привели здание в порядок, сделали ремонт. У нас есть душ, туалетная комната, бокс для обслуживания техники, раздевалка, офисная комната. Когда потребовался ремонт крыши — справились своими силами, ни к кому за помощью не обращались. Имеющаяся у нас база — почти весь личный транспорт наших ребят.

Если говорить о сроке службы, то мотоцикл приходит в негодность после четырех-шести лет активного использования. Автомобиль, на котором ездим на соревнования, покупал отец за собственные средства.

— Сколько сейчас членов мотоклуба?

— Пятнадцать человек в возрасте от пяти до сорока шести лет. Мой младший четырехлетний сын Егор тянется к технике, чему я искренне рад. Как говорил спортсмен-мотогонщик, Заслуженный мастер спорта СССР Владимир Карнеев:

«Влюбленным в мотоспорт

 года совсем не властны.

Случись беда —

друзья всегда с тобой.

Но два врага для нас

особенно опасны:

Коварное безделье и покой».

— К примеру, у парня возникло и крепнет желание заниматься мотоспортом…

— Приходите к нам, мы готовы и с удовольствием примем желающих в свои ряды. Поможем в приобретении навыков спортивной езды по кроссовой трассе. Звоните: 8-915-711-40-59. Подскажем, какой лучше купить мотоцикл, какая нужна экипировка. Желание ребенка, подростка заниматься мотоспортом — это основное. Но не менее важно желание и возможность родителей поддержать этот интерес.

— Мотокросс — спорт дорогой, и как сказал Ваш отец, штучный…

— Это так. Стоимость нового мотоцикла — от 500 тысяч рублей, с пробегом — 200 тысяч, детские стоят от 100 тысяч.

— В августе вы с победой вернулись с соревнований из Нелидово. Как часто выезжаете на турниры?

— В августе были соревнования на кубок главы Нелидовского района. Трое из четырех ребят вернулись с победой. Мы состязались с соперниками из Псковской, Московской, Калужской, Брянской областей, Великих Лук.

Думаю, со мной согласятся многие, в этом спорте главное — участие. Причем, чем чаще, тем лучше. Нужно стремиться превзойти самого себя. Стать лучше, быстрее. Для гонщика разного ранга есть свои соперники. Новички соревнуются с новичками, опытные гонщики с опытными.

15 сентября ездили в Тверь на соревнования ТГТУ по мотокроссу. Станислав Горшков занял 1-е место в классе «Любители», Александр Медведев — 4-е место в классе «Профессионалы».

22 сентября в Сафоново Смоленской области пройдет посвященное дню освобождения Смоленщины открытое первенство по мотокроссу, в котором мы собираемся участвовать.

В год мы выезжаем не менее чем на пятнадцать соревнований. Это и межрегиональные состязания, и чемпионаты России. Постоянные участники: Стас Горшков, Саша Медведев, Андрей Добрынин, Игорь Якубик, Леша Иванов, Алексей Сучилин и я. Спасибо близким и друзьям за поддержку. Мы рады, когда у кого-то из них получается поехать на соревнования и поддержать нашу команду. Приятно, что нас не забывают ржевские старожилы мотоспорта: Роман Добрынин, Дмитрий Дормидонтов, Геннадий Баран, Андрей Филиппов. За все годы через ржевскую секцию прошло порядка 300 человек. На соревнованиях обязательно присутствуют врачи скорой помощи, пожарная служба.

— Каждому возрасту — свой мотоцикл?

— Мотоциклы делятся на классы, спортсмены — по возрасту. Мотоцикл нужно покупать подходящий по возрасту. С объемом  двигателя 50 кубических сантиметров — до 8 лет, 65 кубических сантиметров — от 8 до 12 лет, 85 — от 12 до 15 лет, больше 85 — от 15 лет, и больше 125 — от 15 до 21 года.

Взрослые делятся по классам «А», «Б», «В», «Г». «А» — класс профессионалов. Наш профессионал Андрей Добрынин сейчас служит в армии. Все остальные в группах «Б, В, Г».

В 2015 году Андрей выиграл чемпионат северо-западной зоны и входил в десятку сильнейших спортсменов России.

Несмотря на юный возраст (парню девятнадцать лет), к его мнению и советам прислушиваются и старшие, и младшие.

— Помимо наработанных навыков, целеустремленности, что нужно, чтобы стать профессионалом?

— Средства. Участие в одном соревновании — это минимум 10 тысяч рублей. Без поддержки спонсоров выйти на высокий уровень крайне тяжело. Затраты на обслуживание мотоцикла, расход на запчасти, бензин, масла…

— Финансовое участие в жизни клуба городской спорткомитет принимает?

— Давно нет. В 2016 году Артем Гончаров помогал организовать соревнования. После этого ни от кого помощи не было.

— Когда в Ржеве были последние соревнования по мотокроссу?

— В 2016 году, приурочены к 800-летию города. Желание и возможности их проводить у нас есть, все упирается в финансы.

— Местных спортсменов трасса «видит» часто, а приезжих — хотелось бы чаще.

— Согласен с Вами. Продолжительный восьмилетний разрыв в соревнованиях уже был с 2001 по 2009 год. Повторения такого перерыва не хотелось бы, тем более что мотоспортом интересуются.

— Современный мотокросс — динамичное соревнование и захватывающее зрелище. На «Формуле-1» болид мимо тебя проносится за секунды, мотокросс позволяет наблюдать борьбу на трассе.

— Занятие мотоспортом в жизни молодого человека может сыграть решающую роль в приобретении полезных и нужных навыков, а в дальнейшем — и в выборе профессии. Не все из занимавшихся мотоспортом в юности остаются в профессиональном спорте, но навыки и умения, полученные в ходе увлечения техническими видами спорта, помогут найти себя в жизни — сто процентов. Это и уверенность в управлении мотоциклом, квадроциклом, автомобилем, и важные знания и умения, позволяющие разбираться в технике. В процессе занятий, по собственному опыту знаю, приобретаются навыки механика, технолога, сварщика, токаря и слесаря.

— В СССР мотокросс был популярным видом спорта, привлекал сотни спортсменов и тысячи зрителей.

— К сожалению, сейчас у нас не жалуют технические виды спорта и массовым наш спорт не считается.

Мотоцикл — драйв, адреналин, азарт. Если уж им заболел, то навсегда. Есть алкоголики, а есть — мотоголики.

— А как правильно, вы — гонщики или мотоциклисты?

— Точнее, мотокроссмены.

— В каком возрасте Вы сели на мотоцикл?

— На скоростной мопед «Карпаты» лет в восемь.

— Ваше самое яркое воспоминание, связанное с мотокроссом?

— Непередаваемые чувства испытываешь, когда стоишь на пьедестале. А самое захватывающее — это старт. Чаще всего, как стартанешь, так и поедешь.

— Скорость, дух соперничества… это можно понять. А упасть не страшно?

— Когда едешь, об этом не думаешь.

— А о чем думаешь?

— Как быстрее доехать, всех обогнать и победить!

— Сколько соперников могут быть на трассе одновременно?

— Сорок-сорок два. Максимальная скорость зависит и от трассы. По пересеченной местности это в среднем 60 километров в час.

— Отбор спортсменов, заявивших свою кандидатуру на участие в соревнованиях, есть?

— Если мотокроссменов много, то да. Проводятся так называемые «засечки» или тренировочные заезды по времени. Из нескольких заездов выбирают лучших, они и соревнуются в дальнейшем.

— Вы в приметы верите?

— Приметами пользуемся. Общая — нельзя фотографироваться перед заездом. Знаю, что у каждого есть и свои приметы.

— Мотоциклы, мопеды… техника громогласная, а поблизости — жилые дома. С жителями ладите?

— На улице стараемся не заводить. Или внутри помещения, или увозим на трассу, и там же отрабатываем теорию на практике.

— Как вы относитесь к байкерам?

— У нас разные направления деятельности. Наша цель — вовлекать молодежь в занятия мотоспортом. На таких мотоциклах, как у байкеров, ездят обеспеченные люди. Они катаются по стране, выезжают за рубеж, участвуют в акциях.

— Мотоциклетный кросс — только мужской вид спорта?

— Нет, есть женские команды, сейчас все больше в больших городах. В далеких 80-х женщины были и в ржевском мотоклубе. Если бы этот вид спорта развивался, думаю, к нам пришли бы и девчата.

— Дима, чего бы Вы пожелали ребятам и вашему клубу?

— Здоровья, успехов, ну и финансовой поддержки. Для города, а не только для нас важно сохранить, что есть. Потеряв, восстановить будет непросто. Нам хотя бы пару-тройку бывших в употреблении мотоциклов, чтобы на них смогли заниматься ребята, у кого нет возможности приобрести свою технику. А какие у наших ребят мечты? Побеждать, выступить на Чемпионате России, хотя бы в засечке (улыбается).

— Спасибо, Дмитрий. Дальнейших успехов Вам и членам клуба.

Беседовала Ольга ЖДАНОВА