Архивы Рубрики: Гость второй страницы

Геннадий Андреевич БАСОВ, композитор, ветеран труда: «ВСЯ МОЯ ЖИЗНЬ ПРОШЛА В ОРКЕСТРАХ»

— Геннадий Андреевич, по традиции рубрики герой рассказывает, где родился и вырос, что или кто повлиял на выбор профессии.

— Я родился 18 ноября 1936 года. В годы войны люди прошли путь тяжких страданий. Когда началась война, наша семья — мать, отец, сестра и брат — жили в деревне Маслова Гора Зубцовского района. Враги пришли в деревню и повыгоняли население из домов, люди жили в окопах. Родители, подхватив нас, детей, пытались бежать, но немцы нашли и вместе с другими отправили семью в Восточную Белоруссию. Малолетним был, но хорошо помню, как людскую реку по дороге гнали вооруженные враги. Ели, что придется, побирались. Одна из сестер заболела тифом, выжила чудом. После взятия Смоленска Красной Армией погнали нас в Западную Белоруссию, оттуда — в Барановичи, в итоге оказались в лагерных бараках за колючей проволокой. Самых крепких собрали для отправки в Германию. Но нас не взяли, отец и сестра сильно болели. Из плена освободили в 1944 году, и мы вернулись в Зубцов. Кругом разруха. В уцелевшей двухэтажке дали комнату, участок земли. Отцу предложили место конюха, мама занималась домашними делами. Начали строить дом, строительным материалом служили брёвна из разбираемых под Зубцовом блиндажей, так многие тогда выходили из положения. Сложная была жизнь… Давайте о музыке лучше поговорим.

— Конечно. Когда и как поняли, что Вас влечёт музыка?

— Отец Андрей Михайлович хорошо пел, на балалайке играл, многим нравилось. Я ещё мальчишкой просил купить мне балалайку, научить играть. Выкроили деньги и инструмент приобрели. Парень я способный, играть быстро научился. А потом меня позвали в городской духовой оркестр. Уже там научился играть на трубе. Так до окончания школы в составе оркестра и выступал.

— Тогда и решили связать свою профессиональную деятельность с музыкой?

— Да, но сразу после школы меня призвали в армию. Служил в Ленинградской области. Будучи новобранцем, тут же уточнил, можно ли попасть в военный оркестр? И очень скоро там оказался. Играл на трубе на парадах, смотрах, военных разводах. По просьбе начальства организовал хор из жен офицеров, нашел аккомпаниатора. Всем выступления нравились. А мне даже отпуск в двойном размере дали за заслуги. После демобилизации думал остаться в Твери и играть в оркестре, но заниматься музыкой надо с образованием.

Вариантов, куда поступать, было немного, а точнее, один — дирижерско-хоровое отделение Тверского музыкального училища, специальность — педагог-преподаватель.

— Говорят, студенческие годы самые счастливые. Время открытий, интересных встреч…

— Верно говорят. Именно в студенчестве я начал писать музыку. Никто не ожидал, само собой получилось. Первая песня была посвящена прощанию с училищем, слова написали ребята-студенты, музыку — я. С той песенки все и началось.

— На студенческих фотографиях у Вас в руках баян…

— Научился играть и на баяне. По окончании училища получил распределение в Энгельс, должен был преподавать в музыкальном училище, но до места не доехал: назначение переиграли и меня направили в город Белый. Признаюсь, расстроился, но по приезду к новому месту активно занялся работой. Деятельность развёл большую, преподавал уроки музыки в школе, организовал класс фортепиано в музыкальной школе. Как положено, три года по назначению отработал.

— Звонкая балалайка, инструмент, без которого нельзя представить музыку — фортепиано, самый высокий по звучанию из медных инструментов — труба, красавец-баян… широкий охват. Какой из инструментов ближе, по душе?

— Однозначно — баян — народа музыкальная душа.

— После Белого Вы приехали…

— В Ржев. Это был 1965-й год.

— Почему Ржев?

— Разузнал, что здесь есть оркестр, что музыкальные направления в городе пользуются спросом, развиваются. Устроился в клуб железнодорожников хормейстером и аккомпаниатором. В те годы в клубе и взрослый, и детский хоровые коллективы были. За двадцать лет, что я там проработал, много хороших солистов повидал.

Однажды военный комиссар Петр Башлыков, который вёл занятия в драматическом кружке при клубе, предложил написать музыку к его стихотворению.

Древний Ржев неприметен на карте,

Но зато он из тех городов,

Что вторично рождён был в марте

Самых грозных военных годов…

Я предложил написать припев, Петр Петрович согласился. И вот что получилось:

Волга, сердцу милая, песню поем про тебя.

Память героев вечно хранит ржевская наша земля.

Если вспомнить, саму песню ржевитяне приняли не сразу, какое-то время были насторожены и к моей персоне.

— Но позже совместный творческий труд по достоинству оценили…

— Да. За эту песню горисполком дал мне жильё. До этого моя семья жила по съемным квартирам.

— По городам и весям гастролировать довелось?

— Возил концертную бригаду музыкантов и вокалистов Ржева на дружественную встречу в Финляндию. С репертуаром в те годы было строго, исполняли отобранные предварительно песни советских композиторов. Ездили по соседним с Ржевом городам, на всех официальных мероприятиях города выступали.

— Помимо работы в клубе Вы преподавали в школе…

— Параллельно трудился в средней школе N№2 учителем музыки. Там у нас были и солисты, и ансамбли, хоровые коллективы разных классов. Плодотворные, интересные, пытливые прожиты годы.

— Геннадий Андреевич, Ваш день рождения — 18 ноября, если не ошибаюсь, в один день с ржевским поэтом Сергеем Смирновым. Именно в тандеме с ним Вы написали известную песню о Ржеве «Синий март».

— С Сергеем Смирновым нас в 1960-х годах свёл случай. Он мне сказал, что я первый, кто написал песню о Ржеве, и показал свое стихотворение «Синий март», написанное к конкурсу, посвящённому 25-й годовщине освобождения города от фашистских захватчиков.

Над Ржевом синий март

Снежинки осыпает,

Над Ржевом тишина,

Давно прошла война,

Но город никогда

Войны не забывает,

Пусть много лет подряд

Здесь мирная весна.

…Песня вполне могла бы стать гимном города. Согласитесь?

— Несомненно, строки и музыка сильные, подходящие. На создание музыки ушло много времени?

— Слёту, сразу, как прочитал текст. Человек я был уже опытный.

— «Синий март» — не единственная ваша совместная работа с Сергеем Смирновым. Давайте назовём песни о тверской земле, о Ржеве, которые создали вместе.

— Есть песни, где я только автор музыки, например, «Верхневолжские зори», «Роман», «Всегда с тобой», «Слышу я напевы русские», «Праздничный вальс», «Город воинской славы», «Речка Сишка», а вот слова и музыка в песне «Девочка-Волжаночка» — мои. Девчата-школьницы пели здорово, специально для них песня и появилась.

— Какая из перечисленных песен Вами особо любима?

— Отличная песня «Всегда с тобой».

…Конечно, здесь не южный небосвод,

Но нам на свете не найти дороже,

Чем молодых берёзок хоровод

И шум лесов родного Верхневолжья.

«Город воинской славы» — замечательное произведение.

На высоких речных берегах,

Там, где песни, как птицы, крылаты,

Своё имя несёт сквозь века

Город славы простого солдата…

— Кто исполнял Ваши песни?

— Владимир Лисичкин, Виктор Крючков, Ирина Кузнецова. Наши песни и сейчас продолжают исполнять на городских концертах. Когда их слышу, трогает до слез…

— Геннадий Андреевич, работа, любимое дело — важная составляющая в жизни человека, но без поддержки семьи никуда…

— С супругой Риммой Григорьевной вместе живем шестьдесят лет. Познакомились, когда я ещё учился в училище. Вырастили двоих сыновей.

— Кто-то из молодого поколения по музыкальным стопам пошел?

— Младший сын солировал в хоре, учился в музыкальной школе, но профессиональную стезю выбрал иную. Больше никто из родных посвятить себя музыке не решился.

— А Вы сейчас на чем-то играете?

— Иногда, на семейных посиделках нет-нет баян и достану.

— Геннадий Андреевич, что скажете о современной музыке?

— По сравнению с прежними временами, стало очень мало душевности. Раньше песни были лирическими, напевными, легко запоминающимися. Где бы люди ни собирались, везде пели. Сейчас музыка иная, и как прежде не поют, к сожалению.

Нужно определиться с серьезным целевым направлением в развитии современной культуры страны. Время идёт вперёд, музыка «ломается», видоизменяется, и сложно сказать, что в лучшую сторону. Но классика — Хачатурян, Прокофьев, Бородин — нерушима.

— Предположу, что у такого человека, как Вы, музыка — не единственное увлечение…

— Верно. Пчеловодством более пятидесяти лет увлекаюсь и рыбачить люблю. Стараюсь быть всегда при деле, чего и другим желаю.

— Творческому сообществу Ржева чего пожелаете?

— Да, в городе есть хорошие, сильные музыканты: Александр Иваненко, с ним играл в одном оркестре, Павел Вознюк. Желаю музыкантам творить добро, хорошие, лиричные произведения.

Беседовала Ольга ЖДАНОВА

Андрей ФАДЕЕНКО, фотограф: «ПОСЛАНИЕ ВЕТЕРАНОВ ДЛЯ НАС – МИССИЯ»

— Андрей, в конце года Вы на своей странице «ВКонтакте» рассказывали об альбоме «Послание ветеранов» Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, который должен был выйти в печать в начале года.

— Да, альбом напечатан пока в единственном экземпляре. В «ВКонтакте» есть его небольшая видеопрезентация.

— Как и когда родилась идея его создания?

— Изначально Всероссийский проект «Послание-70» был задуман документальным фотохудожником из северной столицы Михаилом Доможиловым к 70-летию Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов. К работе привлекли фотографов из разных городов России. Организована она была через Интернет, страна огромная, и одному провести такое масштабное мероприятие не под силу. В нем приняли участие более 70 фотографов из 70 городов нашей страны, фотографировать ржевских ветеранов пригласили меня. Снимали многих, для общего проекта выбирали одного. В проект вошло имя Григория Петровича Поливанова. Все мы понимаем, что ветеранов войны осталось совсем мало и через два, три, пять лет живых участников тех страшных событий уже не будет. Итогом работы должна была стать большая книга с тиражом более 300 тысяч экземпляров, но по какой-то причине, возможно, финансовой, задумка не осуществилась. Очень жаль. Завязка проекта была на послании будущим поколениям, по аналогии с тем, какое есть у нас на обелиске и должно быть прочитано через 48 лет. Фотоматериал, интервью собрали в кратчайшие сроки, но полностью реализовать проект не удалось. Я решил продолжить самостоятельно, собрать и выпустить свою книгу о ветеранах Ржева. Сотрудничал с Советом ветеранов, с администрациями города и района. На момент, когда я начал фотографировать, а это больше четырех лет назад, в живых ещё были шестнадцать человек. Через год тех, с кем можно было поговорить, осталось восемь. Сейчас таких ветеранов четверо…

Обложка лицевой стороны альбома — черно-белая: ветераны собрались пообщаться за обеденным столом на 23 февраля, обратная сторона — цветная, там они непосредственно перед интервью. 16 человек — 16 разворотов. Для большей реалистичности все фотографии сделаны при естественном оконном освещении, с одного ракурса, одного фокусного расстояния, на один объектив, с одним цветом фона. Проект изначально подразумевал запечатлеть людей такими, какими мы видим друг друга в привычной каждодневной обстановке. Схема света разработана специально. Упор снимков сделан на глаза, видавшие ужасы войны, в них отражается пережитое… Кто-то скажет — надо фотографировать в домашней обстановке. Но проект был задуман как документальный. Здесь не нужно убирать морщины, затирать, выравнивать цвета. Альбом износоустойчив, в плотной обложке, страницы ламинированы. Напротив крупного портрета — небольшая биография и краткое послание — обращение к поколениям.

— Каждый из ветеранов — кладезь житейской мудрости и доброты. И их послания должны стать нашей миссией.

— У меня непередаваемые ощущения от общения с этим людьми. На страницах альбома старался передать оригинальный текст каждого из рассказчиков. Наши победители — добрые, доверчивые, интересные люди со сложной судьбой. Выделить кого-то невозможно. У Василия Петровича Зуйкова два ордена Красной Звезды, редко кто при жизни получил такие высокие награды. Екатерина Николаевна Долотова служила в контрразведке «Смерш», Татьяна Николаевна Гринева ушла на фронт восемнадцатилетней девчонкой и воевала в стрелковой дивизии. Елизавета Григорьевна Разухабова была водителем «полуторки» на аэродроме обслуживания самолетов, Евгений Михайлович Шелехов — участник операции «Багратион». Когда началась война, Владимиру Михайловичу Звереву было шестнадцать лет, он — пулеметчик, четыре раза был ранен. Валентин Николаевич Лебедев несовершеннолетним парнем работал в передвижных мастерских, они часто выезжали на линию обороны и восстанавливали самолеты в полевых условиях. Хочу назвать имя каждого: Иван Алексеевич Хвастенко, Евгений Степанович Книга, Евгений Николаевич Поярков, Борис Павлович Страхов, Виктор Николаевич Орлов, Николай Васильевич Ремнев, Мария Николаевна Поливанова, Григорий Петрович Поливанов, Александр Александрович Виноградов.

— Название издания «альбом» себя оправдывает: страницы не пронумерованы, имя фотографа не указано…

— Этих данных не было и в проекте «Послание-70». Кроме ветеранов, никаких имен — ни куратора проекта, ни фотографов, так решили.

— Приобрести альбом можно у Вас?

— Да, можно купить под заказ. Кто заинтересуется, обращайтесь через Интернет или по телефону: 8-900-011-00-53. Наряду с фотографиями и интервью, делал видеозаписи своих бесед с ветеранами, планирую снять короткометражные фильмы по их рассказам. На моей странице «ВКонтакте» есть ссылка на страницу «Василий Теркин», там собрана информация по проекту «Послание-70».

— Великая Отечественная война затронула каждую советскую семью. Кто из Ваших родственников воевал?

— По линии матери воевал прадед Никонор Кренделев, был в плену, бежал. При побеге попал в болото, выбрался: помогла молитва «живые в помощи». В Советско-японской войне прадеда контузило, долго лежал в госпитале. Родственники считали его пропавшим без вести. Получил инвалидность, решил, что будет для семьи обузой, и домой не вернулся. Прабабушка его искала и спустя два года нашла в Новосибирске… У деда, Германа Григорьевича Слесарева, на войне погибли восемь братьев.

К 75-й годовщине Победы под Ржевом будет открыт мемориал Советскому солдату, он станет своего рода венцом всех тех памятников, которые есть в нашем городе. Досадно, что про людей, кто воевал за Родину, мы зачастую вспоминаем лишь в канун 9 Мая. В первую очередь, старшее поколение нуждается во внимании, уважении. И, конечно, ныне живущим хотя бы кратко необходимо знать историю своей страны, ее знаковые события, читать биографии защитников Отечества. Они боролись за нас, верили в лучшее будущее. Думаю, ветераны опечалены многим, что происходит сейчас в стране, с молодежью. Когда ты не делаешь ничего хорошего, пустота автоматически заполняется плохим. Жить только для себя — разве в этом смысл? Категорически с таким мнением не согласен. Жизнь дана на добрые дела. И ответ на вопрос «почему важна связь поколений?» — очевиден. Очень часто мы не ценим то, что у нас есть: мир, свобода, возможность путешествовать… Все эти блага достались нашим предкам тяжелой ценой. Люди тратят жизнь и силы на поиски наслаждений и развлечений. Недоверие, равнодушие, эгоизм неизбежно делают нас несчастными.

— Андрей, присутствует чувство выполненного долга?

— Доволен, что получилось закончить начатое. Для меня важно реализовывать себя, придумывать что-то новое, расходовать свою энергию и жизнь на дела, которые кажутся мне важными и нужными, а не просто зарабатывать.

— Помимо альбома с ветеранами у Вас есть проекты с озера Селигер, из поездки по Крыму. Многие фотографии на Вашей странице «ВКонтакте» сопровождаются размышлениями. Фото разной тематики: пейзажи, люди, строения…

— Некоторое время назад счёл нужным писать несколько предложений о своих впечатлениях с тех мест, мероприятий, где побывал. Мне хочется раскрыть атмосферу того, что видел сам, и интересы мои разноплановые. Кто-то скажет, что пейзаж должен показывать красоту места, а у меня он, бывает, передаёт настроение.

— И это очень здорово! Вы окончили машиностроительный факультет ТГТУ, но по специальности не работаете, целиком посвятили себя фотографии?

— У меня две специальности: агроном и экономист. Два года работал на «Складе-40», потом «ушёл» в фотографию.

— Интерес к увлечению дал о себе знать уже во взрослом возрасте, да?

— Фотография — увлечение для сознательного возраста, лет с 20-25 и старше. Изучить настройки, заниматься коммерческой съёмкой можно и будучи моложе, но само осознание серьезности занятия фотографией приходит с годами. Со спортом — да, чем раньше, тем лучше начать им заниматься; с фотосъемкой не так. Снимать на пленочный фотоаппарат начал лет в 13, с друзьями сами проявляли снимки. Фотографировались спонтанно, на фоне всего, что казалось интересным, задумок никаких не было. Потом на десять лет от фотографии отошёл. Моя фотографическая деятельность началась с фотовыставки «Краски Ржева». В первой был участником, на следующий год стал ее организатором, переименовал в «Ржевский калейдоскоп». Каждые восемь лет за два месяца до открытия мы, любители фотосъёмки, собирались по субботам, обсуждали работы участников выставки из городов Тверской области, Санкт-Петербурга, были работы фотографа из Англии — поучиться было у кого. Сами участвовали в тверских выставках.

С позапрошлого года выставка не проходит. Каждый проект живет какое-то время, дальше его надо переформатировать. Немного людей, кто в нашем городе сейчас этим делом заинтересован. Помощников в организации немного. Одному этим заниматься не столь интересно, как с командой единомышленников. Хотелось бы, чтобы это направление развивалось, но когда людей нужно «тянуть», развития не происходит.

А что касается навыков съемки, то первые два года учился у тех, кто раньше меня начал увлекаться фотографией, но не всегда эти советы и уроки были правильными. Многие профессиональные фотографы советуют для обучения смотреть фильмы, снятые сорок лет назад, там грамотно выставлен свет, композиция — полностью с этим согласен.

— Сейчас начинающим фотографам проще, можно учиться через Интернет.

— Да, но мастер-классы ориентированы на коммерческую съемку. Я — фотограф-самоучка. Учусь, в том числе, и на своих ошибках. Фотография — технология живая и постоянно развивается. Достичь совершенства невозможно, всегда есть к чему стремиться. В этом году принимал участие в областной выставке, получил диплом за 2-е место в номинации «портретная съемка». Начинающим фотографам могу посоветовать выбирать для учебы хороших мастеров. Есть много интересных, творческих конкурсов, которые развивают необходимый навык фотосъемки, мышление, учат видеть свет, перспективу. Можно вдумчиво смотреть работы классиков, современных мэтров, посещать выставки, общаться с незаурядными мастерами фотодела и больше экспериментировать. Чтобы достичь высоких результатов, нужно много трудиться в выбранном направлении.

Беседовала Ольга ЖДАНОВА

P.S. Пока мы беседовали с Андреем в кафе, в нашу сторону то и дело посматривала женщина за соседним столиком, потом она подошла: «Чудесная книга! Какие выразительные взгляды в фото… Будто с нами говорят. Если где и есть фото ветеранов, то они в разнобой, а тут собраны воедино — отличная работа! Молодец автор!»

Елена Евгеньевна Пояркова, социальный работник Центра социального обслуживания населения города Ржева и Ржевского района – НЕЛЬЗЯ ОТ ЖИЗНИ УСТАВАТЬ

— Елена Евгеньевна, многие наши читатели уже знают, что недавно Вам была объявлена Благодарность Президента Российской Федерации В.В. Путина. Позвольте поздравить с признанием Ваших профессиональных заслуг на столь высоком государственном уровне. Расскажите немного о себе. Как Вы пришли в профессию? Это случайность или осознанный выбор?

— Спасибо. Я родилась и выросла в Ржеве, училась в четвертой школе, потом окончила Тверское музыкально-педагогическое училище. Три года отработала музыкальным работником в детском саду, потом год — воспитателем. В 90-е сады начали закрываться, после декретного отпуска я пришла в соцзащиту. И уже 22 года работаю социальным работником. И, наверное, это все-таки не случайность. Не так давно я попробовала пройти в Интернете тест по профессиональной ориентации и, к моему приятному удивлению, он показал, что самыми предпочтительными специальностями для меня являются — социальный работник и психолог. То есть, получается, что я всю жизнь занимаюсь своим делом.

— Но ведь сама социальная служба за эти годы претерпела серьезные изменения?

— Когда я только пришла, всё было просто: была ставка, в рамках которой мы выполняли определенные обязанности. И в то время, впрочем, как и сейчас, нашим подопечным не так важно было получить от нас какую-то реальную помощь, как возможность поговорить, пообщаться. Ведь для пожилых людей дефицит общения просто губителен. И социальный работник, выполнив свои обязанности (покупка продуктов, лекарств, помощь по дому…), мог позволить себе выслушивать стариков, уделять им время.

Конечно, поначалу я не знала интересов и чаяний моих бабушек, не очень понимала, о чем с ними можно поговорить, какими лекарствами они лечатся, какими болезнями болеют. Я их внимательно слушала, все запоминала, старалась задавать вопросы, училась у своих более опытных коллег. Постепенно пришел опыт. Теперь я уже сама могу ответить на любой их вопрос, обсудить любую тему, они доверяют моему мнению, прислушиваются. Одна моя подопечная шутит, что я, как КГБ, всё и всех знаю. Но, как и прежде, потребность в простом общении у наших стариков никуда не делась, а вот у нас времени на это теперь катастрофически не хватает.

— Это как-то связано с изменениями в структуре социальной службы, которые произошли в 2013 году?

— Да. Изменилась система оплаты, которая теперь напрямую зависит от количества оказанных услуг. То есть, чем больше мы смогли их оказать, тем больше мы заработали. С одной стороны, это, наверное, правильно, но с другой — времени на простое человеческое общение, которого, как я уже сказала, и ждут наши подопечные, увы, стало совсем немного. Да и количество самих услуг, которые нужны нашим бабушкам, не увеличилось. Многие ограничиваются самым минимумом — покупкой лекарств и продуктов. Но все равно мы стараемся сохранить наш традиционный подход и не только оказывать «услуги», но и общаться с подопечными.

— Это общение, которое, безусловно, является очень важной составляющей вашей профессии, сопряжено с большой эмоциональной нагрузкой. Чего греха таить, порой бывает непросто общаться даже со своими родными стариками, выслушивать их, терпеть их капризы… А у Вас 12 человек, которые ждут Вашего прихода, как некоего окна в мир.

— Лично для меня главная проблема не в этом, а в недостатке времени. Я с удовольствием их слушаю, общение с ними мне интересно. Но когда торопишься, пожилые люди, конечно, обижаются. Ты прибежал, закупив всё, что нужно, поставил сумки и исчез — услуга-то оказана, а человек остался не удовлетворен. Он ведь хотел поговорить, пожаловаться на погоду или здоровье, обсудить новости, ждал этого момента. Но надежды не сбылись, и бабушке снова кажется, что она никому не нужна. Она грустит, выражает недовольство. Я стараюсь не оставлять их в таком подавленном настроении, уделяю им время. У меня была одинокая бабушка, участник войны. Она постоянно рассказывала одни и те же истории, которые я знала уже наизусть. Но всё равно слушала — ведь она буквально жила этими воспоминаниями.

— Какие они, современные старики?

— Разные. Есть те, кто доволен всем. Многие не теряют интереса к жизни, интересуются тем, что происходит вокруг. Можно сказать, живут полной жизнью. А кто-то живет очень скромно, продолжая себя ограничивать во всём, считая и складывая каждую копеечку, например, «на похороны». Кто-то следит за своим здоровьем и даже внешностью, а кто-то почти сдался и просто проживает день за днём. Очень многое зависит от характера человека. К каждому нужен индивидуальный подход.

— Что входит в перечень услуг, которые Вы оказываете?

— Он достаточно широк. Мы оказываем услуги по выписке рецептов в поликлинике и получении льготных лекарств, сдаче анализов, уборке, отдаём вещи в ремонт, химчистку, оказываем помощь в приготовлении пищи. Да практически всё, что бабушке нужно, мы можем сделать. Правда, есть услуги гарантированные и дополнительные, платные.

Среди гарантированных услуг, в первую очередь, конечно, закупка продуктов, лекарств и необходимых промтоваров. За годы работы я приобрела большой опыт покупок. Ведь хочется не просто заполнить корзину, а принести все свежее, вкусное и при этом — недорогое. Стараюсь покупать те продукты, что беру для своей семьи, учитывая, конечно, и предпочтения моих бабушек. Иногда что-то и порекомендуешь, они же из дома не выходят, и информация у них только из рекламы по телевизору. А там такого насоветуют! А порой приходится четко следовать выданным инструкциям, зная, что человек такой, который сам знает, что именно ему нужно и никаких советов ему не требуется.

— Вы говорите только о бабушках, мужчин среди Ваших подопечных нет?

— К сожалению, нет. Наверное, не зря говорят, что женщины у нас живут дольше.

— Всё-таки получается, социальный работник становится для таких бабушек едва ли не самым близким человеком, знает их нужды, предпочтения и проблемы как никто другой?

— Конечно. И они к нам привыкают, и мы — к ним. Иногда возникает сильная личная привязанность. Бывает так, что буквально ждут тебя у порога, стараются усадить, чем-то угостить. За время моей работы было очень много таких, о которых я вспоминаю с большой теплотой и очень сожалею об их уходе. Это тяжелые моменты нашей работы. Возникает какая-то пустота и долго приходится к ней привыкать.

Но я же не только отдаю. У них можно многому поучиться, получить положительные эмоции от общения. Была у меня бабушка с очень непростой судьбой, время было нестабильное, неустроенное. Но такая она была оптимистка, что после общения с ней мне мои собственные беды и заботы казались не такими уж и ужасными. А одна была такая замечательная рассказчица, с удивительным юмором! Я её истории до сих пор вспоминаю.

— В Вашу задачу входит сигнализировать об их нуждах, ухудшении здоровья, утраты возможности обслуживать себя самостоятельно?

— Важно понимать, что главная задача социальной службы как раз и заключается в том, чтобы максимально продлить период, когда человек находится в своем собственном доме, в привычных условиях. Даже когда человек не может ухаживать за собой, у него теперь есть возможность остаться дома, в своей постели. Ведь практика показывает, что перемены в пожилом возрасте крайне нежелательны. У нас создано отделение долговременного ухода со штатом опытных профессиональных сиделок, которые обеспечивают полный уход за лежачими бабушками, кормят их, выполняют гигиенические процедуры. Их услуги очень востребованы.

И, конечно, мы стараемся помогать нашим подопечным в любых ситуациях. Например, была у меня бабушка, которую обижали и притесняли молодые соседи по коммуналке. Мы с руководством Центра пытались разговаривать, пристыдить их, но возможностей у нас мало. В итоге бабушке пришлось сменить комнату.

— Такое отношение к пожилым людям расстраивает. А молодежь приходит работать в социальную службу?

— Бывает, но в основном у нас работают люди среднего возраста. Молодые чаще всего хотят сразу большие деньги за несложную работу. А наша профессия достаточно тяжелая, да и больших денег здесь не заработаешь. Как я уже говорила, велика эмоциональная нагрузка, иногда подвергаемся психологическому давлению, приходится сталкиваться с не-обоснованным недовольством. Я сама человек достаточно спокойный, стараюсь любой возникающий конфликт сразу погасить, «вытащить» из человека, чем именно он недоволен. Вызываю на разговор, ведь нам же и дальше вместе работать. Важно быть хорошим логистом, просчитывать свой маршрут, чтобы зря не бегать туда-сюда с тяжелыми сумками. И всё равно очень устаешь.

Хочу сказать, что у нас замечательный дружный коллектив. Благодаря усилиям директора Центра Ирины Цветковой созданы комфортные условия работы, мы праздники вместе отмечаем, проходим обучение, получаем психологическую поддержку.

— Остаются силы и время на дом, на семью?

— Не всегда, бывают и очень тяжелые дни. У меня небольшая семья — муж и дочь-пятиклассница. Старшая дочь живёт отдельно. В семье я всегда нахожу поддержку и понимание. Кошку на улице подобрала больную, выхаживала её долго, сейчас радует нас своим мурлыканьем.

— Елена Евгеньевна, Вы каждый день сталкиваетесь со старостью, о которой нам всем как-то думать не хочется. Может быть, дадите совет, как её достойно встретить?

— Наверное, принять как данность. Она обязательно наступит. И очень важно не остаться в одиночестве. Для этого нужно беречь семью, близких, ни в коем случае не разрывать с ними отношений. Думаю, не так страшна сама старость, как одиночество. Ведь сейчас много возможностей прожить ее максимально полноценно и комфортно. В Центре, например, всё делается для счастливой и активной старости — можно петь, танцевать, заняться скандинавской ходьбой, найти друзей по интересам. У нас рады всем.

— Хотите что-нибудь пожелать Вашим подопечным?

— Конечно! Желаю, чтобы жили долго, подольше на своих ногах. Радовались жизни. Очень грустно слышать слова: «Я устала от жизни». Нельзя от неё уставать! Сколько отмерено, столько и нужно прожить. Именно прожить, а не «досуществовать». Здоровья и радости, мои дорогие!

— Спасибо за интервью.

Беседовала Ольга ДАБУЛЬ

Карина СУЧКОВА, ржевитянка, студентка Академии ГПС МЧС России: «МНЕ КАЖЕТСЯ, Я РОДИЛАСЬ, НАПЕВАЯ»

— С Новым годом, Карина! Несмотря на капризы погоды, многие ждут чудес, которые случаются под Новый год и после него. Ты веришь в новогодние чудеса? С тобой они случались?

— Чудо — явление сверхъестественное, вроде бы, не подчиняющееся законам природы, но чудеса людям очень нужны. Мне кажется, что чаще они могут происходить, да и происходят, в жизни людей сентиментальных и очень романтичных, потому что они надеются и верят, умеют их подмечать или творить своими силами. Самое время чудес — это Новый год! И пусть весь год совершаться чудесам помогают близкие, родные или незнакомые, или пусть это будет явление сверхъестественное. Думаю, что чудесами можно считать все удачные моменты, которые появляются в жизни. Новогодние каникулы — долгожданное время встречи с родными и любимыми людьми, поэтому — большая радость. Во всяком случае, для меня это радость! Я с удовольствием провожу время со своими младшими сестрой и братом, с родителями, с удовольствием бегу в наш детский эстрадный театр «Мальчишки и девчонки». Знаю, меня там ждут, и я хочу еще раз ощутить это тепло и доброту в близком кругу. Моя сестричка Мелания теперь — юная актриса ДЭТа, а я — ее главный зритель. Она уже очень много выступает на сцене.

— Новый год — главный календарный праздник, любимый и долгожданный как для детей, так и для взрослых. Помнишь, каким для тебя был Новый год, скажем, в пять лет? В тринадцать?

— Воспоминания немного стерлись… Но помню, что это всегда было время ожидания подарков, и они всегда оправдывались. Главными творцами чудес были, конечно, родители. В тринадцать лет я ждала Новый год даже потому, что знала — это будет очень интересная пора, творческая! На Новый год мы всегда были актерами в новогодних театрализованных представлениях и ждали момента распределения ролей с воодушевлением и предвкушением возможности попробовать себя в новой роли. Ощущалось удивительное тепло, внутренний подъем и самый настоящий драйв, когда зрители улыбались, дружно аплодировали нам, юным актерам. В такие моменты мы чувствовали себя немного кудесниками. Нам казалось, что мы сотворили немного счастья.

— Твой Новый год сейчас…

— Конечно, мне по-прежнему нравится этот праздник, по-другому и не может быть. Волнение от ожидания Нового года, наверное, присуще каждому человеку. В воздухе витает мандариновый, еловый запах — волшебные дни.

— Традиции нашей страны сильны, вот уже 102 года мы отмечаем второй Новый год, называя его Старым. Считаешь ли ты этот день праздничным?

— Рождество — вот это праздничный день! В этот и другие большие церковные праздники хожу петь в храм. Перед этим придерживаюсь поста, чтобы войти в святое место с чистой душой. На Пасху и Рождество в храме самые красивые службы. В эти дни обязательно хожу на ночные богослужения. А после Рождественской службы идём с ребятами колядовать.

 — Спектакли, конкурсы, фестивали, выступления во Дворце культуры, на главной сцене города на Советской площади: твоя жизнь крепко связана с творчеством. С чего или с кого все началось?

— Да, так получилось, что вся сознательная жизнь — творчество, и я бесконечна рада, что попала в творческую среду. В детский эстрадный театр меня привела мама, огромное спасибо ей за это. Я очень любила петь. Мне кажется, что я и родилась, напевая. В театре пение пригодилось. Ольга Анатольевна Кресницкая и Оксана Викторовна Суслова — замечательные люди, они наполнили мою жизнь вдохновением, интересом к театру, открытиями, большой любовью, мы вместе переживали неудачи и радость маленьких и больших побед.

— Какие роли тебе доставались в новогодних спектаклях и постановках? Наверняка, Снегурочки…

— Играла характерных персонажей. Баба-Яга — это прямо моя «коронка».

— Интересная героиня, в образе которой сложно скупиться на эмоции…

— Загадочный, неоднозначный персонаж. Чаще — отрицательная героиня, но в этом лесном существе есть такое, что пугает, а одновременно и влечёт, притягивает к ней. В преданиях славян изначально Баба-Яга не была отрицательным героем, да и самого понятия ведьмы не существовало в древности. В языческие времена Баба-Яга — могущественная богиня.

— Жизнь образцового детского театра «Мальчишки и девчонки» кипит, скучать некогда. Держать ритм взрослого артиста сложно, как тебе удавалось?

— В театре я научилась быть работоспособной, преодолевать себя, это — правда. Многим может показаться, что вот ты вышел на сцену и все легко и просто получается. Между тем, за «просто и легко» стоит большая серьезная работа над собой, над образом. Имею в виду серьезный труд не потому, что ты не творческий, не способный, не интересный, нет. Скорее, потому, что Ольга Анатольевна — своего рода ювелир, который будет шлифовать, совершенствовать тебя и твоё мастерство, и тебе это будет только на пользу. С таким режиссером, как Кресницкая, лениться нельзя, да и не получится. У неё действительно жесткий ритм. Держи ритм — по-другому никак! Можно взять это за девиз, за правило. Идти с ним по жизни будет сложно и одновременно увлекательно. Этому человеку можно доверить себя стопроцентно. Она открывает двери не только в страну искусств, она открывает много человеческих тайн. У меня, например, появилось удивительное ощущение человеческого тепла, когда по её совету по-другому начала воспринимать те или иные события, ситуации. Ольга Анатольевна — разная, но одинаково мудрая со всеми. С таким человеком, как она, полезно общаться.

 — Сколько песен в твоём репертуаре? Какие песни тебе близки?

— Репертуар — это то, что уже спето. Если посчитать те песни, что пела в ансамблевом исполнении и сольно, то, может быть, полсотни будет… А близки те, что нравятся по смыслу, по сути, отражают меня саму. Мне нравятся все песни Тамары Гвердцители, вокальные композиции: «Живая вода», «Славянская колыбельная»…

— Несмотря на ярко выраженные творческие способности, профессию актера не выбрала…

— Чего лукавить, на выбор профессии повлияли родители. Наверное, они априори знают, что лучше их ребенку, сказывается опыт. Мне в академии нравится. Будущая специальность — «пожарная безопасность». Есть год, чтобы выбрать направление. Можно стать инженером по пожарной безопасности, инспектором пожарной безопасности, инженером-проектировщиком в области пожарного оборудования или преподавателем дисциплины «пожарная безопасность». Вопрос «почему не пошла в артистки?» задают, как правило, те, кто считает, что сцена — это просто и легко. И так считают многие. Легкость и беззаботность в работе на сцене — это результат упорного труда над собой, умение работать в команде и оставаться собой. А это очень непросто. Творчество, искусство — это тяжёлое производство уникальной энергии, которая будет отдана зрителю. Энергия, которая подарит гармонию, красоту, очищение. Одним словом, для такого производства нужно иметь хорошее здоровье — физическое, духовное. Нужны большая работоспособность и стрессоустойчивость, уверенность и желание каждый день «забираться на Олимп». Много чего нужно помимо таланта. Поэтому, наверное, и решила, что профессией свою любовь к творчеству делать не буду. Но совершенствовать свои творческие умения и способности продолжу.

— Ты — студентка столичного вуза, но периодически выходишь на сцену в родном городе. Пение идет в ногу с учёбой?

— Да. Я пою и в академии. В конце прошлого года стала победителем смотра-конкурса музыкального и художественного творчества Академии ГПС МЧС России. Участвую во всех концертах, и мне это нравится. Приезжаю домой и по возможности обязательно участвую в концертах Дворца культуры.

— Без стеснения в мечтах, с кем и где тебе хотелось бы выступить на одной сцене?

— Хочу пошутить: «можно и в Ла Скала, только бы позвали». Выступать приятно на хорошей, технически упакованной сцене, и, несомненно, на родной. С кем? Мне комфортен любой формат и любой состав. Если будет получаться, надеюсь поучаствовать в программах нашего города, а на мероприятиях по месту обучения, кто знает, может, судьба сведёт с каким-нибудь «топовым» исполнителем…

— А после окончания вуза…

— Хотите спросить, вернусь ли в Ржев? Знаете, я не тот человек, который живет по жесткому плану-расписанию судьбы. Я не знаю, как получится по окончании учёбы, где мне будет суждено оказаться. Время и действительность сегодня, как ртуть, постоянно изменяются.

— На твой взгляд, перспективен ли Ржев для молодежи?

— Каждый может выбирать сам, у каждого своё видение перспектив. И чтобы не оказаться на стороне какой-либо из «баррикад», скажу лишь одно — город наш я люблю, здесь все мои родные, здесь прошло моё детство. Думаю, что у нашего Ржева очень хороший потенциал. Я о территории, традициях, людях. Поэтому каждый ржевитянин — кузнец своих перспектив… Я имею в виду не только материальную составляющую жизни, есть ещё и духовная, и эмоциональная. Как получится и как сложится у меня — тому и буду благодарна. Значит, тому и быть. Держу в голове хорошее выражение — «только с судьбой не дерись». Пока я закончу учиться, много воды утечёт.

— Карина, каким был для тебя ушедший год?

— Не без неприятностей, но в целом — хорошим. Пусть новый 2020 год принесет всем удачу и радость!

— Спасибо за интервью!

Беседовала Ольга Жданова

Протоиерей Евгений Чунин, настоятель храма во имя Покрова Пресвятой Богородицы Русской Православной старообрядческой церкви: ДОРОГА В ХРАМ У КАЖДОГО СВОЯ

— Отец Евгений, начать хотелось бы со знакомства с Вами.

— Родился и вырос в Петербурге, там окончил школу и Ленинградский институт инженеров железнодорожного транспорта. По образованию я инженер-электронщик. Учился успешно, был старостой группы. По окончании вуза получил рекомендацию в аспирантуру и мог бы пойти по стопам отца, научного работника, кандидата технических наук.

— Однако Вы уже тогда собирались стать священником?

— Нет, я еще не думал об этом. Это были такие времена, когда вслух о своих личных убеждениях не говорили. Для меня важнее было разобраться в самом себе. Мои предки и по линии отца, и по линии мамы принадлежали к старообрядческой традиции. Предки отца жили в Шаховском районе Подмосковья, а мама происходит из Сычевского района Смоленщины — так что мои прадеды, безусловно, бывали в Ржеве, могли когда-то молиться и в нашем храме. Сегодня мне весьма приятно это осознавать…

В нашей семье христианские традиции соблюдались строго — ежедневные молитвы, соблюдение постов, регулярная исповедь. Все это происходило достаточно органично — как я сейчас понимаю, в основном, благодаря стараниям мамы.

Вопросы веры были, с одной стороны, для меня предрешены, а с другой — я взрослел, и наступил такой момент моего личного выбора, когда я должен был определиться, насколько семейная традиция важна для меня. В те времена христиан насчитывалось очень мало, особенно среди молодежи, и я тоже ощущал соблазн «жить, как все». Действительно, чувствовать себя «белой вороной», особенно в юности, нелегко.

Не знаю, к чему могли бы привести такие мысли, но Господь явил ко мне Свою милость: когда я учился на 3-м курсе, мне удалось познакомиться со старообрядческим священником Евгением Бобковым — человеком с высочайшим уровнем интеллекта, имевшем глубокие понятия о Церкви и мирской жизни. Общение с ним буквально перевернуло мое мировоззрение: я нашел ответы на многие вопросы, отступили сомнения, мне снова захотелось быть христианином. Я принял свой путь.

— И тогда Вы задумались о пути священнослужителя?

— Нет, это произошло еще позже. Но тогда буря в моей душе улеглась, мне стало хорошо, спокойно. В те годы как раз начались работы по возрождению старообрядческого храма в Санкт-Петербурге. Нашего храма в городе не было ровно 50 лет — с 1932 года. И вот, когда в 1982-м власти передали нашей общине небольшой полуразрушенный храм на окраине города, я оказался в числе тех энтузиастов, как теперь принято говорить, волонтеров, которые находили радость в трудах по восстановлению полуразрушенного храма. Люди приходили вечерами и в выходные дни, участвовали в общей молитве и работах. Никто не получал никаких денег, но всеми владела общая идея: скорее возродить свой храм! Это было светлое и памятное время.

В декабре 1983 года состоялось освящение храма, но постоянного священника не было. К тому времени я уже был женат, и через пару лет от членов нашей общины прозвучал обращенный ко мне призыв вступить на путь священнослужения. Признаюсь, эти слова стали для меня громом среди ясного неба! Я считал, да и считаю себя недостойным такой чести, и был рад участвовать в церковной жизни как «рядовой христианин». Но эту же просьбу высказал мой духовный отец и благословил меня на принятие священства. Я повиновался и был рукоположен в сан диакона к старообрядческому храму в Петербурге.

Как раз в это время родители жены перебрались на жительство в Ржев. Мы часто приезжали к ним в гости, здесь я тоже посещал старообрядческий храм. Меня стали привлекать к богослужениям, хотя основным местом моего назначения оставался Петербург. А в 1989 году я был рукоположен священником уже именно в Ржев, так распорядилось священноначалие, и с Питером пришлось попрощаться.

— Ваш путь в православие, в старообрядческую традицию, можно сказать, все-таки был предопределен предками. А как с остальными членами ржевской общины? Для большинства из них это тоже вопрос рождения, традиции их предков-ржевитян?

— За то время, что я служу в Ржеве, а это уже более 30 лет, община значительно обновилась. Многие из прежних прихожан за эти десятилетия ушли из жизни — но есть их дети и внуки. У большинства членов общины свой путь в храм. Многие из них не то чтобы старообрядческих, а даже и просто христианских корней не имели, с ними никогда никто о религии не говорил. Дороги, которые привели в храм, у всех очень разные, необычные. Сегодня, слава Богу, у нас живой приход, в нем много молодежи, детей, крепких семей, которые сами продолжают христианские традиции.

— И все-таки, вернусь к предыдущему вопросу. Ржев веками стоял на старообрядческой традиции. Его слава создана купцами-староверами. Остались ли в общине те знаменитые фамилии?

— Конечно, остались. Но в силу неявности демографических процессов их порой сложно отследить. Например, нередко наследницами известных фамилий оставались женщины. Выходя замуж, они теряли свои родовые фамилии. Их потомки не всегда хранят духовные традиции и стремятся исследовать историю своего рода. Это уже наша генеалогическая, краеведческая работа. Нам она интересна, мы стараемся ею по возможности заниматься.

— Со стороны кажется, что помимо религиозного, духовного содержания, старообрядческая традиция строго относится к сохранению семейного уклада, внешнего вида, даже каких-то бытовых устоев. Это так?

— Так, но сегодня степень строгости соблюдения всех этих нюансов все-таки уже не та. Меняются времена, общественные стандарты, неминуемо корректируется быт людей. Невозможно в XXI веке без потерь и утрат воссоздать жизнь людей века XIX-го. Да и задачи такой не стоит! Я бы сказал так: нам важно знать и помнить то ценное, что было в историческом прошлом, и строить жизнь с оглядкой на то лучшее, что в нем было. Пусть мы сегодня, например, не так долго молимся, не так строго одеваемся или позволяем себе еще что-то такое, что наши деды никогда не позволили бы себе. Гораздо важнее не потерять за этими частностями то главное, ту Божию искру, ради которой готовы были идти на лишения и скорби наши предшественники по вере.

— Не могу уйти еще от одного аспекта старообрядческих традиций. У человека, мало-мальски знакомого с историей, купец-старообрядец прочно ассоциируется с
честностью в бизнесе, верностью слову, крепостью обещаний, меценатством, заботой о своих работниках, о тех, кто обездолен.

— Конечно, мы считаем исторические примеры отечественной благотворительности очень важными в настоящее время. Стараемся изучать религиозно-этические традиции прошлых времен, рассказываем о них другим людям. Это важно не только для краеведов, но и для всей стратегии национального развития России. В нынешнюю эпоху, когда страна устала от бездуховности, пытается найти новые подходы и смыслы бытия, немало есть людей, которые пытаются присмотреться к былым традициям и в успешных прецедентах прошлого увидеть возможные рецепты исцеления от современных болезней. Год назад на конференции в Казани я делал доклад, где сопоставлял этические позиции меценатов прошлых времен и современных предпринимателей, не чуждых благотворительности. И некоторые из них увидели в моих доводах определенные ответы на свои собственные поиски.

— Можно ли сказать, что Бог давал этим людям успех в делах, взирая на щедрость, огромные, более чем посильные вклады в общественную жизнь, в городское хозяйство, в благотворительность… Может быть, дал бы и сейчас?

— Конечно! Эту закономерность именно так представляли себе и те благотворители. Большинство из них в первую очередь были добросовестные христиане, а потом уже — успешные коммерсанты. В частности, у Рябушинских был девиз: «Все для дела, ничего для себя». Под «делом» понималось не только коммерческое предприятие, но и планы развития, роста, широкой благотворительности. А продвигали-то их «дело» люди, работники их предприятий! И вот к ним-то у подобных хозяев было самое добросовестное отношение. Так, тверская ветвь династии Морозовых строила дома для своих рабочих с такими бытовыми удобствами, которых в те времена не было еще и в жилищах благородных господ. Так подсказывала им христианская совесть. А сегодня любой предприниматель, начиная какой-то бизнес, априори планирует все заработанные деньги тратить, прежде всего, на себя. А многие стремятся сделать это даже в ущерб тем людям, трудом которых и создается их прибыль. Это, увы, совершенно другой подход…

— Еще связанный с историей старообрядчества в Ржеве момент. Покровский храм действовал всегда — при любых властях, в самые тяжелые годы. Что это, промысел Божий, удача, умение священников и членов общины находить компромисс?

— Прихожан всегда объединяло общее понимание, что каждый должен сделать все возможное для нашего храма. Так было с самого начала — ведь и строился он в расчете на личные посильные вклады каждого члена общины. В 1929 году, когда в апреле месяце власти полностью «обезглавили» храм арестами и закрыли его, прихожане не испугались и стали собирать подписи с подробными данными о каждом. И когда этот список с подписями 279 человек отнесли в исполком, то чиновники сразу же возвратили ключи от храма и позволили продолжать богослужения. Дальше немецкая оккупация. Вернувшийся из ссылки в Ржев
о. Андрей отказался отправиться в эвакуацию и остался в Ржеве вместе с прихожанами. И немцы по его ходатайству позволили проводить богослужения — такова была их политика. А вот то, что в разбомбленном и расстрелянном городе в Покровский храм не попал ни один снаряд, ни одна бомба — в этом прихожане, безусловно, усматривают заступление Божье.

— Храм работал и в советское послевоенное время, единственный в городе…

— А это время я бы назвал, пожалуй, самым тяжелым. Именно тогда община понесла самые главные человеческие потери. До этого в ней всегда был очень мощный костяк единомышленников, а в момент максимального атеистического давления «битву» за людей выиграть не удалось. Их разными способами подталкивали к тихому предательству, и многие в те годы отошли от веры и Церкви. Да, храм, слава Богу, сегодня не пустует. Но когда я думаю о тех людях, которые должны сейчас были бы быть с нами, нести знамя веры, но их, увы, нет среди нас, я искренне скорблю.

— Покровский храм — архитектурный, исторический памятник Ржева. Сейчас он вызывает большой интерес у туристов. И вы их радушно, доброжелательно принимаете. При том, что многие из них далеки от понимания старообрядческой традиции. Что дает силы?

— Мы открыты для окружающих людей, общества, да и сама экскурсионная и музейная деятельность как стремление рассказать другим людям о нашей вере и традициях, полностью соответствует христианским задачам. Мы рады каждому человеку, который пришел в храм. Вдруг этого человека к нам Бог послал? Именно эту мысль я доношу и до своих прихожан. Наш храм всегда открыт для желающих сделать свой шаг к Богу. Сейчас мы готовим большую музейную экспозицию, которая должна открыться в новом году.

— Отец Евгений, интервью выйдет в Рождественскую неделю.

— Каждый раз с приближением Рождества хочется найти какую-то новую, свежую мысль, которая будет услышана и понята людьми. Я хочу пожелать всем нам последовательности в утверждении тех идей, которые Рождество Христово принесло всему человечеству. Сегодня этот праздник возвращается в народную традицию — но ведь не только для того, чтобы мы получили еще один повод собраться за праздничным столом? Рождество согревает наши души, дает нам повод для благодарения Господу, этот праздник призывает нас к размышлениям, к поиску своего личного пути ко Христу.

С праздником Рождества Христова!

— Спасибо за интервью!

Беседовала Ольга ДАБУЛЬ