ПОЛВЕКА В СТРОИТЕЛЬСТВЕ
![](http://rzhevnews.ru/wp-content/uploads/2019/03/7_2-2.gif)
Ровно полвека назад, 4 апреля 1969 года, Владимир Никитович Иванников начал свою профессиональную деятельность на территории города Ржева. Именно в эти годы были реконструированы или построены те предприятия, которые позволили Ржеву называться промышленным городом. Мы попросили Владимира Никитовича рассказать о том времени, о строителях, работавших ради будущего, ради развития и процветания нашего города.
Этот город стал родным
Сам я — уроженец Саратовской области. Окончил Саратовский монтажный техникум по специальности «Монтаж технологического оборудования и трубопроводов» и получил направление в Воронежское монтажное управление, в котором отработал год. Был призван в Вооруженные Силы и проходил службу в Калинине, где однажды совершенно случайно встретил своего воронежского начальника. Он и уговорил меня поступить на работу в монтажное управление калининского треста «Центртехмонтаж». В январе 1969 года я приступил к работе в должности мастера. Мои первые командировки были в Нелидово, Западную Двину и Торопец, а в апреле я впервые оказался в Ржеве. В городе в то время строилось много промышленных объектов. Я и прораб Владимир Яковлевич Дужак должны были организовать в Ржеве монтажный участок N№ 6 «Центртехмонтажа», что мы и сделали. Кстати, Владимир Яковлевич через полтора года стал начальником управления «Стройгаз», которое существует и поныне. А я был назначен начальником участка, самым молодым в области.
Строительные объекты — вехи судьбы
Моим первым объектом в Ржеве была угольная котельная на заводе «Электромеханика». Мы монтировали углеподачу и вели теплотрассу, которая и сейчас несет тепло в жилые дома. Самым крупным моим объектом в то время стал завод ЖБИ, сейчас это КСК. Там мы монтировали цех керамзитового гравия: печь обжига, сушильный и холодильный барабаны. Это очень сложная работа, и делали мы ее силами большой бригады заключенных местной колонии — они вполне ударно трудились, зарабатывая при этом достойные деньги.
Через год приступили к работам на маслоэкстракционном заводе. Для него было закуплено итальянское оборудование. Мы монтировали цеха экстракции и рафинации. Основным сырьем было льняное семя, масло которого частично употреблялось в пищу, частично шло на изготовление красок. В то время Калининская область была лидером по производству льна, так что недостатка в сырье не было, и завод сразу же заработал на полную мощность.
Почти одновременно монтировали маслосырбазу. Практически с нуля построили пивзавод. Не в чистом поле, конечно, но старое производство было полностью демонтировано. Были построены новые цеха и смонтировано современное оборудование. Ржевское пиво и лимонады уже тогда стали своеобразным брендом города.
Строительная «вертикаль»
Наверное, стоит рассказать, как в Советском Союзе была устроена строительная «вертикаль». Вверху находились министерства. Наше — «Минмонтажспецстрой» было субподрядной организацией у Министерства сельского хозяйства, Минстроя, Минтрансстроя и других, которые являлись генподрядчиками. Они имели свои управления на местах и контролировали нас, своих субподрядчиков. Чаще всего мы работали с Минсельстроем. Их управление СУ-13 возглавлял уважаемый строитель Сергей Григорьевич Олейников. Со временем объемы настолько возросли, что Минсельстрой организовал в Ржеве трест, который вел работы в Нелидово, Оленино, Торопце, Андреаполе. А значит, это была и моя зона ответственности. Так что, я работал практически на всех крупных стройках, которые велись в этих городах. Это было время постоянных командировок.
А в Ржеве с Минсельстроем мы строили кирпичный завод. И самый, пожалуй, крупный мой объект — цех дренажной трубки. Одновременно в нашей организации работало до 75 монтажников! Помню, на этом объекте я даже похудел на 7 килограммов.
Нами же был построен хлебозавод, который до сдачи в строй новых корпусов располагался в церкви по улице Декабристов. Там после войны были установлены старые маломощные печи, хлеба городу не хватало, но после ввода в эксплуатацию завода эта проблема была полностью решена. Ржев даже стал снабжать хлебом соседние города и районы. Приблизительно в это же время была построена бройлерная птицефабрика. Приходилось заниматься и капитальными ремонтами. Так, был отремонтирован мясокомбинат и молокозавод.
Потом строили стартерный цех на АТЭ-3. Он тогда назывался Ржевский моторный завод Минавтопрома СССР. В то время я и познакомился с Валентином Титовичем Степанченко, который работал там главным инженером и занимался вопросами строительства.
Даже по перечисленным объектам, а это далеко не полный список того, что строилось в городе в 70-80-е годы, можно понять, какими темпами велось в то время строительство. Объектов было так много, что строительные организации от них старались по возможности «отпихнуться». Была и определенная кадровая проблема. Темпы подготовки рабочих строительных специальностей явно отставали от потребностей сферы. Я уже упомянул, что приходилось использовать даже заключенных, отбывающих сроки в спецучреждениях.
Город строится — город растет
Такие объемы промышленного строительства не могли не сказаться и на гражданском строительстве. Население города стремительно росло. Люди из разных концов Советского Союза приезжали на стройки, а потом оставались на постоянное место жительства. Строилось жилье, школы, детские сады, больницы.
Могу без преувеличения сказать, что наше управление смонтировало большую часть тепловых коммуникаций города. Все теплотрассы большого диаметра — от 200 мм и выше — наша работа, которой можно гордиться. Мы протянули километры труб практически от всех котельных, построенных в то время.
Местная власть имела реальную власть
Все строительство, как и остальные сферы жизни, находилось под жестким контролем советской власти и Коммунистической партии. Я коммунистом никогда не был, хотя оставаться беспартийным на тех должностях, которые я занимал, было достаточно сложно.
Председателем горисполкома тогда был Виктор Иванович Телегин. В наши дни его называли бы главой города. А первым секретарем горкома КПСС был Виктор Николаевич Митрофанов. По всем перечисленным объектам постоянно проводились оперативные совещания. Практически еженедельно приезжали из облисполкома или обкома. Но все вопросы решались при непосредственном участии местной власти. Она имела по-настоящему действенные рычаги влияния. Например, когда мы строили уже упомянутый цех дренажной трубки, все предприятия города были обязаны отправлять своих работников для помощи в строительстве объекта. Например, под моим началом, с кайлом и лопатой в руках, работали сорок человек технологов и инженеров с «Электромеханики». Отказаться от такой «разнарядки» горисполкома не могло ни одно ржевское предприятие. А так как хорошего рабочего с производства снимать никто не станет, то и «отдуваться» приходилось служащим и ИТР.
Квалификация рабочих строительных специальностей была в то время высочайшей. Не побоюсь этого слова — со мной работали настоящие асы — Вячеслав Иванов, Николай Алексеевич Фица, Наумов, Таранов. Всех не перечислишь. Но и зарплата у наших рабочих была более чем достойной. Для сравнения: бригадир Фица получал от 350 рублей в месяц, а наш начальник управления в Твери Василий Иванович Соловьев — всего 250.
В лучшем колхозе района
В 1984 году я отказался от очередной командировки в Смоленскую область, так как к тому времени у меня уже была семья, дети, и принял решение уйти из управления. Меня позвал на работу в колхоз им. Кирова председатель Виктор Иванович Стрекалов. Три года работы в колхозе стали бесценным опытом не только в строительстве, хотя мы построили там немало объектов: телятник, овчарню, восемнадцать жилых домов. Но самое главное — я смог увидеть и поучаствовать в жизни процветающего сельскохозяйственного производства. Классные механизаторы, передовые доярки имели возможность зарабатывать хорошие деньги, которые в городах могли показаться баснословными. Их тяжелый труд оценивался по-настоящему справедливо. Не забывало руководство колхоза и о соцкультбыте.
Ржевский прорыв
В 1987 году по приглашению В.Т. Степанченко я перешел на краностроительный завод. По его заданию организовал монтажный участок и стал снова работать по своему профилю — монтировал оборудование, котельную, теплотрассы. Для реализации амбициозных планов государства по предоставлению к 2000 году каждой семье по отдельной квартире, было необходимо увеличить производство башенных кранов. И началась последняя грандиозная стройка Советского Союза. Новый завод строили шесть министерств! Я был назначен заместителем директора по капитальному строительству. Мы занимались объектами соцкультбыта и строили жилье. За неполные три года было сдано в эксплуатацию 1266 квартир, школа, детский сад, подсобное хозяйство. Я уже не говорю о сетях и коммуникациях к огромному новому микрорайону. В это трудно поверить, но государственное финансирование и темпы были такие, что было принято решение демонтировать котельную, которую завод строил своими силами. И за шесть месяцев была построена новая, которая начала давать тепло точно к началу отопительного сезона! Это действительно было грандиозно. Люди получали квартиры. Например, большие четырехкомнатные квартиры было буквально некому давать! Все испытывали такой подъем, гордость, радость. Работали не за страх, а за совесть, работали по ночам. Совещания в 10-11 часов ночи были нормальным делом. Я лишь однажды не пришел на совещание, которое было назначено замминистра Гагаладзе на два часа ночи. Стройку посещал сам премьер Силаев, а уж министры и замминистры на стройке были делом обыденным.
Новый завод заработал и почти сразу же вышел на полную мощность, выпуская по сто кранов в месяц. Но в стране начались стремительные изменения, и нужда в башенных кранах отпала. Ими была завалена вся огромная территория завода. Первое время казалось, что все наладится, что пустая болтовня и шатания закончатся, и страна снова начнет жить и работать. Валентин Титович успокаивал: «Мы не пропадем, у нас на заводе есть все — подсобное хозяйство, товары широкого потребления». Но становилось только хуже. Нужно было как-то выживать. В моем подчинении был ОКС, рабочие. И мы приняли решение организовать малое предприятие «Стрела», которым я и руководил все последующие годы, продолжая заниматься монтажом и ремонтом теплотрасс и коммуникаций города.
Ломать — не строить
Видеть многие созданные нашим трудом объекты в таком плачевном состоянии, конечно, печально. Например, огромный комбинат нерудных материалов в Осуге разрушен до основания. Цеха дренажной трубки не существует, как и маслоэкстракционного завода. Не работает мясокомбинат, нет маслосырбазы, овощехранилища. А краса и гордость Ржева — краностроительный завод — просто умирает. Я знаю, что не у меня одного болит сердце при виде его потухших труб и заброшенных корпусов. Думаю, что прожил бы Валентин Титович подольше, он бы не дал заводу погибнуть, нашел бы способ сохранить его.
Часть построенных нами предприятий, конечно, пока живы, и нужно сделать все, чтобы они сохранились и смогли работать в полную силу. От этого зависит будущее Ржева!
А еще у меня вызывает серьезную тревогу состояние наших теплотрасс и коммуникаций. Я знаю, насколько выработан их ресурс. Большинство из них требовали замены еще вчера. А что творится в подвалах домов! Этими вопросами нужно заниматься как можно быстрее. Участвовать во всех программах, выбивать деньги, «тащить» их в город. И сети, и энергетика должны быть только муниципальными. Это артерии города. Они не должны быть в частных руках.
Вот так и прошли пятьдесят лет моей строительной биографии. Но, кажется, что все, о чем я рассказал, было как будто вчера.
Ольга ДАБУЛЬ