Архивы Метки: Ольга ДАБУЛЬ

В НОГУ СО ВРЕМЕНЕМ

Совсем недавно в нашем городе с большим успехом прошел межмуниципальный фестиваль «Красотки элегантного возраста». Титул «Мисс женственность-2018» получила Любовь Михайловна Филиппова. Ее выступление было одним из самых ярких, интересных и запоминающихся. А озвученный на конкурсе девиз «Идти по жизни в ногу со временем!» оказался не просто словами. Встретиться с победительницей оказалось сложно. День этой удивительной женщины расписан буквально по минутам. Как ей удается сохранять такой ритм жизни, для меня, даже после нашего разговора, так и осталось загадкой. Скорее всего, источником ее энергии является живой интерес к жизни и искренняя любовь к людям.

Наталья Яковлевна Колодная (Гуревич) — РЖЕВИТЯНКА ИЗ БОСТОНА

— Наталья Яковлевна, очень рада приветствовать Вас на Родине. Сразу поясним читателям: Вы — дочь Якова Иосифовича Гуревича, Почетного гражданина города Ржева, основателя детской музыкальной школы N№ 1, ржевского музыкального училища, и Зинаиды Афанасьевны Гуревич — замечательного человека, педагога и художницы. И хотя Вас в Ржеве знают, помнят и любят многие, все же расскажите немного о себе, о своем детстве.

— Родилась я 30 января 1947 года в Ржеве, куда после войны семья перебралась из-под Новосибирска. Поначалу поселились мы в доме, который до сих пор стоит рядом с музыкальной школой.

— А как семья оказалась именно в Ржеве?

— Родители папы жили в Москве. Дедушка на паях владел магазином пушнины в Столешниковом переулке. А когда времена НЭПа прошли и магазин экспроприировали, семья, в которой было уже четверо детей, переехала в Ржев. Бабушка со стороны отца была очень хорошим зубным врачом, и у нее сразу же появились пациенты из города и окрестных деревень, а дедушка, обладавший огромным опытом в своей сфере деятельности, остался в Москве заведовать отделом пушнины, но по выходным приезжал в Ржев.

— Музыкантами они не были?

— Не были. Но семья была очень образованная и культурная, все дети получили разностороннее образование, в том числе и музыкальное. У моей мамы польские корни. Её предки когда-то были сосланы в Сибирь. Ее отец, директор маслобойного комбината, был человеком творческим. Он был увлечен театром: ставил спектакли, писал сценарии. Мамин брат окончил театральный институт, но пропал без вести в первые же дни войны. Мама получила хорошее образование, замечательно рисовала. Она закончила языковой вуз и отлично владела английским языком, что в дальнейшем помогло ей освоиться в Америке.

— Вернемся к Вашему детству. Итак, Вы оказались в послевоенном Ржеве.

— Да. Папа был назначен директором первой «пушкинской» школы, и мы перебрались в квартиру директора при школе. Так что мое детство прошло в школьных коридорах и классах. Помню, как я, всеобщая любимица, пряталась под партами учеников, а отец удивлялся, почему в классе нет внимания и сосредоточенности. Ученики нас с сестрой очень любили, играли с нами, кормили самым главным лакомством того времени — большими кусками сахара. Потом нам дали квартиру в двухэтажном доме с печным отоплением по Ленинградскому шоссе. В растапливании печки я быст-ро достигла совершенства, и это умение очень пригодилось во времена моего студенчества на съёмной квартире в Калинине, ныне Твери. Мое главное детское воспоминание — папа всегда был на работе, говорил о работе, переживал за работу, и только вечером семья собиралась вместе за ужином. Он преподавал историю и обществоведение. А мама — английский язык в 52-й школе, ныне 12-й. Там же потом учились и мы: я, сестра Лена и брат Женя. В семье всегда царила творческая атмосфера, ведь мама и папа были талантливыми людьми. Мама училась живописи и была, по сути, профессиональной художницей, но ведь и папа замечательно рисовал, хотя очень редко брался за это занятие. Мама вообще была женщиной необыкновенной. Она могла, например, принять спонтанное решение и перевести книгу с английского на русский, или сшить шубу, что для неё не стоило никакого труда. Папа писал стихи. Мне сейчас сложно перечислить все их таланты.

— Но на счастье ржевитян, Яков Иосифович больше всего любил музыку и посвятил большую часть своей жизни именно ей. Как это произошло?

— Своих первых учеников он набрал еще в пушкинской школе. Сначала это была как бы музыкальная студия, впоследствии преобразованная в музыкальную школу. Я хорошо помню этот класс на втором этаже. Там был старинный черный рояль «Ibah&Zoon» и огромный кожаный диван. А потом перед папой встал выбор — продолжать работу директора в пушкинской школе или стать директором основанной им музыкальной школы. Победила безграничная любовь к музыке. В Ржеве появилась музыкальная школа, а у папы — единомышленники: Надежда Семеновна Румянцева, Александр Львович Бурштейн и другие замечательные музыканты и педагоги. Я и моя сестра тоже стали ученицами созданной отцом школы. Вскоре музыкальной школе отдали бывший купеческий особняк по улице Коммуны, и с тех пор в этом прекрасном историческом здании она и находится. Вначале музыкальные классы располагались только на втором этаже, а на первом жили люди, ведь времена были тяжелые и жилья в городе не хватало. Но город восстанавливался, и по мере строительства жилья помещения освобождались, открывались новые классы. Я уверена, что историю музыкальной школы очень хорошо знают ржевитяне, многие или заканчивали ее сами, или водили туда своих детей и внуков.

— Как состоялся выбор Вашей профессии? Музыкальное образование было предрешено?

— Конечно, папа повлиял. Но большее влияние в этом смысле на меня оказала моя преподавательница фортепиано Татьяна Ефимовна Боярская. Они с сестрой-виолончелисткой приехали в наш город словно из какого-то другого мира. Она и работала творчески, ее подход к обучению отличался от общепринятого. В восьмом классе она дала мне разучивать «Прелюдию» Шопена, которую можно играть и на четвертом курсе музыкального училища. Я неплохо владела техникой, но именно Татьяна Ефимовна помогла мне раскрыться, и я поняла, что хочу продолжать свое обучение в музыкальном училище. Сначала училась в Смоленске, а потом в Калинине. После учебы я вернулась в родной город и преподавала в музыкальной школе.

— А потом в районном городе Ржеве было открыто музыкальное училище, в которое поехали учиться студенты практически со всего Советского Союза…

— Да. Отец смог добиться этого. Очень жалко, что оно закрылось. Я уверена, что если бы Яков Иосифович был жив, то он бы нашел способ училище сохранить. Он был из той редкой породы творческих людей, которые полностью отдают себя работе. При этом очень любил и уважал людей. В нем не было никакой гордыни. Я только один раз в жизни слышала, как отец накричал на кого-то. Это был человек, который пытался дать папе взятку, решив, что все в этом мире покупается и продается.

— Наталья Яковлевна, а каким он был отцом?

— Очень хорошим. Он нас очень любил и баловал. Скажу по секрету, что я, его Наточка, была папиной любимицей. Но при этом отец был достаточно строг и, в отличие от мамы, многое нам запрещал. Мама, как истинная сибирячка, была свободна от условностей и страхов, воспитывала нас достаточно свободно. А папа за нас очень боялся. Особенно это проявлялось по отношению к занятиям спортом. Мама считала, что дети долж-ны бегать, прыгать, гулять, набивая свои синяки и шишки. А папа опасался, что спорт и активные игры — это неоправданный риск и способ покалечить ребенка. Иногда мама все-таки настаивала, например, на том, чтобы он отвел меня покататься на коньках. Это выглядело так — на одну ногу Наташе одевался конек, папа брал ее под руку и по снегу обводил несколько раз вокруг дома. Это и называлось «позанимались спортом». Сам Яков Иосифович спортом никогда не занимался, но он очень много ходил по городу пешком. Когда я подросла, осторожность папы перешла в иную область. Например, он категорически запрещал мне поездки в Москву, которые всегда во все времена были для юных девушек полны соблазнов и сомнительных развлечений. В то время это было жутко обидно, но потом я поняла, от скольких травм и ошибок папа меня уберег.

— Как сложилась Ваша дальнейшая судьба?

— Я вышла замуж, уехала жить в Киев, по-прежнему преподавала музыку. Там прожила десять лет и переехала в Москву. Родила сына Левочку, рассталась с супругом. А потом уехала за братом в Америку. С тех пор живу в Бостоне, на берегу океана. Там провела свои последние годы и моя мама Зинаида Афанасьевна. Я, как и раньше, верна музыке, у меня есть ученики, много друзей — так складывается, что в жизни мне встречались и оставались моими друзьями замечательные люди.

— Остались друзья и в Ржеве?

— Конечно! Вот Эмилия Вацлавовна Степникова — моя лучшая школьная подруга, Антонина Владимировна Трунева. Есть люди, с которыми мы не общаемся постоянно, но я по-прежнему считаю их своими близкими друзьями.

— Понятно, что с Ржевом связаны самые теплые детские воспоминания. Как Вы относитесь к городу своего детства? Меняется ли он в худшую или лучшую сторону?

— Ржев я очень люблю. Люблю бродить по его улицам, охотно фотографирую его улочки, дома, парки. И мне кажется, он совсем не меняется, а как бы открывается заново. Ведь Ржев никогда не утрачивал свой дух, даже после варварского разрушения в годы войны. От оставшихся старых зданий, даже полуразрушенных, до сих пор веет каким-то удивительным теплом. Я считаю, что задача города — сохранить их любой ценой. Я вспоминаю, например, взорванную арку, которая вела к Соборной горе. Как я сожалела, что ее убрали! Невосполнимая потеря, просто до слез.

— Вы много путешествуете?

— Да, я смогла многое увидеть своими глазами.

— И Вы считаете, что у Ржева есть туристический потенциал?

— Я считаю, да! Ржев может быть интересен не только российским, но и иностранным туристам. Смотрите, целые автобусы везут по Подмосковью, чтобы посмотреть на обновленные, отштукатуренные, покрашенные в немыслимые цвета здания. А в Ржеве в этой нетронутой старине свой шарм, необъяснимое очарование. Их невозможно не увидеть и не оценить.

— Но дух города, конечно, не только в старинных зданиях. Он — в делах тех, кто его строил, восстанавливал, трудился ради него. Вам приятно было узнать, что память о Вашем отце, благодарность за все сделанное им для города живет в сердцах ржевитян?

— Конечно. Я знаю, как папа любил Ржев, как бескорыстно, от души, работал ради блага ржевитян. И я очень признательна тем людям, которые берегут эту память, хранят верность его делу. Например, Марине Геннадьевне Дулевой, всему коллективу музыкальной школы и городской Думе, благодаря которым во многом и стало возможным присвоение школе имени Якова Иосифовича Гуревича, открытие мемориальной доски и празднование 100-летия со дня его рождения. Благодарю всех, кто принял участие в юбилейных мероприятиях — преподавателей, учеников-исполнителей, самодеятельных артистов, администрацию города, Дворец культуры. Все было замечательно. Но еще важнее, что сохранены музыкальные традиции, заложенные отцом. Преподаватели музыки продолжают бескорыстно служить искусству! Я слушала их учеников на концерте и была потрясена уровнем исполнения! Профессиональная работа преподавателей даёт прекрасные результаты и дарит наслаждение настоящей музыкой, достойной классической русской исполнительской школы. Не знаю, как по России в целом, но в Ржеве уровень музыкального образования по-прежнему необычайно высок и оно так же доступно для любого ребенка. В Америке это достаточно дорогое удовольствие для родителей, хотя уровень дохода американских семей позволяет обучать детей, если они действительно этого хотят.

— Да, у нас по-прежнему многое делается для детей. В городе успешно работают школы искусств, спортивные школы, Дом детского творчества, станция юных техников.

— Это замечательно. Но важно не забывать и про пожилых людей, особенно про их благосостояние и комфорт.

— Ваш круг общения в Америке состоит из коренных американцев или бывших соотечественников?

— Я общаюсь с разными людьми, но, в основном, это все-таки русские. Ту часть Бостона, где я живу, давно облюбовали выходцы из России. У нас там три русских магазина, две аптеки, своя поликлиника. Но мы с удовольствием общаемся и с американцами.

— Мне еще очень о многом хотелось бы Вас расспросить. Надеюсь, что мы еще не раз увидим Вас, Наталья Яковлевна, на ржевской земле. Большое спасибо за интервью. Передавайте огромный привет Вашему брату Евгению, племяннику Максиму и Вашему сыну. До новых встреч!

Беседовала Ольга ДАБУЛЬ

ПРЕДПРИЯТИЕ, КОТОРЫМ МОЖНО ГОРДИТЬСЯ

«А такие в наши дни еще остались?» — может спросить скептически настроенный читатель. Да, отвечу я, это Муниципальное унитарное предприятие «Автотранс». Чтобы убедиться в этом, достаточно просто проехать в одной из городских маршруток, которые ходят строго по расписанию, с удобным интервалом. А если сравнить работу общественного транспорта в Ржеве и Твери, то это сравнение будет далеко не в пользу областной столицы.

Наталья Владимировна Бегларян, заведующая офтальмологическим отделением ЦРБ, врач-офтальмолог высшей квалификационной категории: «ПРОФИЛАКТИКА – ОСНОВА ЗОРКОСТИ»

— Наталья Владимировна, о работе вашего отделения лично я слышала только самые положительные отзывы. Расскажите, пожалуйста, о нем.

— Офтальмологическая служба в нашем городе существует очень давно, я даже затрудняюсь сказать, насколько. Как и в целом по области, она всегда находилась и находится на достаточно высоком уровне. В разное время в отделении трудились высококлассные специалисты. Изменения, которые в последние годы происходят в российской медицине, конечно, коснулись и нас. Произошли сокращения койко-мест и персонала, объединение глазного и ЛОР-отделения. Но я считаю, что в существующих реалиях мы смогли создать необходимые условия для оказания квалифицированной помощи нашим пациентам. Вот уже два года вместе со мной трудится молодой врач Элеонора Юрьевна Локашева. Она грамотный специалист, с большим желанием работать, и успела уже очень хорошо зарекомендовать себя. А в поликлинике работает высококвалифицированный офтальмолог Ирина Владимировна Соболева. Я считаю, что этого, конечно, недостаточно. Также в отделении работают шесть квалифицированных медицинских сестер, все они нацелены на качественное оказание помощи нашим пациентам.

Отделение рассчитано на девятнадцать коек, двенадцать из них круглосуточных, а семь — дневного пребывания. Пятнадцать коек относятся к ЛОР-отделению. Круглосуточные койки предназначены для пациентов с показаниями по заболеваниям и возрастных пациентов, которые не могут по состоянию здоровья посещать дневной стационар. Загруженность отделения полная. Как и у всех, у нас есть план, который мы всегда выполняем, а иногда и перевыполняем. Отделение является межрайонным, здесь лечатся пациенты из Ржева, Зубцова, Нелидово, Оленино и других районов.

— Наталья Владимировна, офтальмология шагнула далеко вперед. Высокотехнологичные операции по коррекции и даже восстановлению зрения в частных столичных клиниках доступны практически каждому, у кого есть возможность их оплатить. Как человеку понять, нужна ли ему такая операция?

— В советское время в офтальмологии существовало такое понятие, как профилактика. Сейчас об этом снова вспомнили. Я считаю, что обязательно должна существовать профилактическая схема, предусматривающая обязательные осмотры в определенные возрастные периоды. Проверять нужно, конечно, не только зрение. Профилактические осмотры стоит проходить хотя бы по минимуму, в рамках диспансеризации. Заболевание, в том числе и глазное, можно выявить на ранней стадии, и зачастую избежать кардинальных методов лечения. Звучит как прописная истина, но ведь так оно и есть.

— Ну, если говорить про глаза. Например, у человека нет никаких жалоб на зрение, и ему кажется, что оно в порядке. Все равно нужно посещать офтальмолога?

— К сорока годам в организме каждого из нас неизбежно проявляются возрастные изменения, и глаза не являются исключением. Причем, у кого-то эти изменения могут наступить раньше, у кого-то позже. Это зависит от индивидуальных особенностей и образа жизни. Может быть, только процентов десять людей к пятидесяти годам не пользуются очками и не имеют жалоб на зрение.

— На личном опыте убедилась, что идеальное зрение вдруг неожиданно подвело, и пришлось заказать очки. А как надела очки, то стало казаться, что зрение стало стремительно падать. Может быть, нужно стараться не прибегать к ним как можно дольше?

— Я уже сказала, что очень большую роль играют индивидуальные особенности человека. Как с ростом — есть люди высокого, низкого и среднего роста. Так и со зрением. У некоторых хорошее зрение с рождения, а у кого-то похуже. С этим приходится мириться. Но глазная мышца со временем обязательно ослабевает. И тут приходят на помощь очки. В свое время мы выезжали в сельскую местность на обязательную диспансеризацию. В осмотр входило измерение глазного давления после сорока лет. И когда мы приезжали через несколько лет на новый осмотр, приходилось слышать комические жалобы — «Вот вы мне в прошлый раз измерили давление, а я теперь стал хуже видеть!» Так и с очками. Просто пришло время их надеть. Грамотно подобранные специалистом очки никоим образом не могут ухудшать зрение. Их задача — помочь лучше видеть. При этом каждые пять лет появляется необходимость подбирать новые очки. Ведь глаза стареют. Это, как морщинка на лице, с годами она становится только глубже и заметнее.

— Вернемся к высокотехнологичным операциям. Офтальмология стала одной из наиболее быстроразвивающихся сфер медицины. Сделан огромный прорыв, появились методы, способные вернуть зрение даже, казалось бы, в безнадежных случаях.

— Да, все так. Плюс появилась возможность получать доступную информацию по высокотехнологичным методам в Интернете или по телевидению. Но руководствоваться надо не рекламными предложениями, а мнением специалиста после соответствующего обследования.

— А в нашем офтальмологическом отделении есть необходимое оборудование для качественного обследования?

— Да, у нас есть современное оборудование. Наверное, мы все же немного отстаем в оснащении от областной клинической больницы, но это естественно.

— Наталья Владимировна, раз уж мы заговорили о профилактике. Мы все помним рекомендации из детства — есть чернику и морковку, больше бывать на свежем воздухе, делать гимнастику для глаз. Все это еще актуально в наши дни?

— Актуально. Время показало, что все эти профилактические меры действенны и безопасны. Тем более что правильное питание и здоровый образ жизни важны не только для глаз, но и для всего организма.

— Но нам постоянно говорили, что если долго смотреть телевизор, то можно потерять зрение. Теперь мы часами просиживаем перед компьютерами и смартфонами, и все-таки еще видим. Может быть, наши глаза как-то адаптируются, приспосабливаются под новые нагрузки?

— Нет. Глаза наши ни к чему не приспосабливаются. Зрение даже у совсем маленьких детей стало значительно хуже. И это мировая тенденция. Мне приходится сталкиваться с последствиями того, что девятимесячного ребенка кормят, ставя перед ним планшет с мультфильмами. А пятилетние дети по три часа сидят в телефоне. Пытаться объяснить родителям, что это недопустимо, очень сложно. Приходится принимать реальность такой, какая она есть. Но здесь огромную роль играют заложенные индивидуальные особенности, наследственность. Для одного ребенка и многочасовые сидения перед монитором не способны быстро испортить зрение, а для другого гораздо меньшие нагрузки губительны для глаз, особенно в начальной школе.

— Что же делать? Как сохранить зрение? Каковы Ваши самые главные рекомендации?

— Как я уже сказала, профилактика: хорошо знакомые нам с детства рекомендации снова актуальны. Основу для сохранения зрения дают динамические наблюдения. Очень хорошо, что вернулись ежегодные осмотры детей офтальмологом. Хотя их осматривать гораздо сложнее, чем взрослых, но делать это необходимо! Считается, что телевизор надо разрешать смотреть с двух лет. Двадцать минут хорошего доброго мультика вместе с родителями способны вызывать положительные эмоции, дать толчок в развитии. С каждым годом время просмотра можно увеличивать на пятнадцать-двадцать минут. В школе дополнительная, внеурочная нагрузка на глаза должна быть не более часа в день. Московские врачи рекомендуют давать глазам отдыхать ровно столько, сколько они были нагружены. Обязательно нужно заниматься спортом, если позволяет здоровье, физкультурой, как можно больше бывать на свежем воздухе.

Нельзя забывать и про упражнения для глаз. Например, хорошо знакомое старшему поколению упражнение с меткой на стекле способно снять нагрузку с уставших глаз. Для его выполнения на окне нужно наклеить или нарисовать небольшую метку на уровне глаз и поочередно в течение секунды смотреть то на нее, то вдаль. Делать это нужно как минимум минуту. В идеале, усталым детским глазам такая гимнастика необходима после каждого часа нагрузки.

— Раз уж мы заговорили о детях. Начались занятия в школе, а значит, увеличилась и опасность травматизма. Как вести себя в такой ситуации? Чем можно помочь?

— Только транспортировкой в отделение офтальмологии. У нас есть круглосуточная помощь. Всегда на месте квалифицированная и опытная медсестра, которая способна оценить степень опасности травмы, принять решение о вызове врача и оказать первую помощь. К нам привозят детей достаточно часто, и мы готовы действовать в экстренных ситуациях.

— Но вы же работаете с детьми не только в экстренных ситуациях?

— Конечно нет. Моя коллега Элеонора Локашева ведет прием в детской поликлинике. Медицинские сестры проводят осмотры детей в школах. У нас в городе есть детсад для детей с нарушениями зрения. Как раз сегодня я иду туда осмотреть детишек. Но осмотра на месте, конечно, недостаточно, и их приводят к нам в отделение для расширенного осмотра. Некоторые родители везут своих детей сразу в Тверь, но потом чаще всего приходят к выводу, что необходимости в этом нет, и в Ржеве их осматривают точно так же. Я считаю, что в Тверь стоит ехать только в очень серьезных, неординарных случаях. Я сама могу это посоветовать или направить туда ребенка, если это действительно необходимо.

— Но когда подбираешь очки в Твери, например, в «Оптике» у моста, то кажется, что там очень современное и «крутое» оборудование.

— У нас оно тоже есть. Это рефрактометр, он используется для определения количества диоптрий в глазу. Но знаете, на результаты компьютерного обследования полностью полагаться все равно нельзя. До сих пор существуют старые, испытанные методы. В комплексе оба эти исследования дают самый достоверный результат. Особенно это важно при обследовании детей, которые могут искусственно напрягать глаза. Никогда нельзя лишь на основании распечатанного машиной «чека» ставить диагноз и выписывать очки.

— Вы заканчивали Тверской медицинский университет? Как выбрали профессию офтальмолога?

— Да, я училась в Твери. А вот офтальмологию выбрала, можно сказать, случайно. Глазным врачом быть не хотела. Послушалась совета, а потом неожиданно влюбилась в эту специализацию. Офтальмология — это очень увлекательно! Я часто показываю приходящим на практику студентам глаз под микроскопом. Знаете, какое это потрясающе красивое зрелище!

— Общаетесь со своими коллегами из других городов?

— Конечно! У нас проходят семинары, мы стараемся выезжать на учебу в Тверь, Москву, Санкт-Петербург, обмениваемся опытом, изучаем новые методы.

— Российская офтальмологическая школа по-прежнему занимает в мире лидирующие позиции?

— Да, мы продолжаем держать планку. Об этом можно судить как раз по тем высокотехнологичным операциям, которые проводятся в ведущих столичных клиниках.

— А Вы имеете возможность посылать пациентов в такие клиники в случае необходимости?

— Мы отправляем наших пациентов в Тверь. А там уже решается вопрос о необходимости дальнейшего лечения в Москве или Санкт-Петербурге. Если такая рекомендация нам дается, то мы оформляем туда наших больных по квоте. Могу сказать, что в серьезных случаях такая возможность есть практически у каждого пациента.

— А какие операции проводятся в отделении?

— Несложные, которые можно выполнить амбулаторно. Это операции на веках, оперативное лечение травм, удаление инородных тел. Конечно, хотелось бы, чтобы наши возможности были несколько шире. Но для более серьезных операций, как я уже сказала, всех наших пациентов мы можем отправить в Тверь.

— Спасибо за интервью и Ваш нелегкий труд! Позвольте заранее поздравить Вас с профессиональным праздником, который врачи-офтальмологи отмечают 11 ноября.

Беседовала Ольга ДАБУЛЬ

МАРШРУТКА В ТВЕРЬ И ОБРАТНО

Поездка после трагедии

Поездка до областного центра — дело, в общем-то, житейское. Многим приходится ездить в Тверь по работе, на лечение, поразвлечься или навестить родных. Полтора часа — и ты на месте. Москвичи то же время до работы добираются!